Мантия кочевая: мантия кочевая для кочевий бежевая реглан купить

Содержание

Сизая чайка

Larus argentatus Отряд ржанкообразные

Семейство чайковые  

Размером с ворону, но выглядят крупнее. У взрослых птиц оперение чисто белое, кроме светло-сизой мантии и черных, с белыми пятнами, концов крыльев. При навыке можно отличать по более легкому телосложению и легкому полету. Ноги желтые, с зеленоватым оттенком. Глаза бурые, окологлазное кольцо оранжево-красное. В осеннем оперении окраска та же, но с буроватыми пятнами на голове, наиболее выраженными на зашейке, клюв и ноги становятся более зеленоватыми. У молодых много бурых пестрин, особенно темных на спине, на хвосте широкая темно-бурая предвершинная полоса, ноги розовые. На 2-е календарное лето оперение почти как у молодых, но мантия частично сизая (происходит смена ювенильных перьев на сизые), бледные пестрины на голове. На 3-е календарное лето похожи на взрослых, но на хвосте бывают небольшие темные отметины, мантия с буроватым оттенком. На 4-е календарное лето приобретают полный взрослый наряд, есть только трудно различимый с расстояния темный рисунок на больших верхних кроющих кисти.

Вес 400–600 г, длина 44–51, крыло 34,0–41,2, размах 110–125 см. Голос выше и пронзительнее, чем у халея. Основные позывки – высокое «кейяа», «кийяа», «кьяа», а также «хееев», «кья-кья-кья», «кев-кев-кев» и др., издаваемые при тревоге и в др. ситуациях. Брачный сигнал («долгий крик» – «хохот») – «хэйяяаа, хэйяяаа, хээий-хээй-хей-хе-хехехехе» или «хьеее-хье-хье-хье…» – похож на таковой у группы «серебристых чаек», но гораздо выше и торопливее. В основном умеренные широты всего севера нашего материка и Северной Америки. Во многих районах обычная птица, но в других, с вполне подходящими условиями, отсутствует. Негнездящиеся могут быть встречены и к северу от гнездового ареала, но до арктического побережья долетают редко. Прилетают с зимовок до ледохода, но когда уже есть открытая вода, и после некоторого периода предгнездовых кочевок распределяются по гнездовьям. Поселяются одиночными парами или небольшими колониями (до нескольких десятков пар, редко – больше). Гнездовые местообитания – самые разные озера, реки, пруды, водохранилища.
Охотнее всего гнездятся на островах, на топких, заросших травой пологих берегах, на сплавинах, нередко рядом с другими чайками и с крачками. Колонии не очень плотные, расстояние между гнездами – несколько метров или несколько десятков метров. Большинство птиц стремится вернуться на свою прошлогоднюю колонию; хотя самец и самка прилетают с зимовок отдельно, многие прошлогодние пары восстанавливаются. Гнезда строят на плоской поверхности или на каких-то возвышенных местах – на кочках, полузатопленных корягах, пнях и т.д. Гнездовой материал – разнообразная, в основном водная и околоводная растительность, его обилие зависит от местоположения гнезда. Известны случаи гнездования на крышах, на деревьях, в старых гнездах ворон и хищников. В кладке 1–3, чаще всего – 3 яйца. Окраска скорлупы – от охристой до серо-оливковой, коричневой или зеленоватой, пятна коричневые или бурые разной интенсивности, а также завитки, черточки, крапинки. Размеры яиц – 54–65 х 39–47 мм. Период инкубации – 25–27 дней.
Птенцы в первые же день-два уходят из гнезда и держатся в его окрестностях. Нередко родители уводят их далеко от колонии. Начинают летать в возрасте 30–40 дней. Питание разнообразное, и главные объекты – водные беспозвоночные, мелкая рыба, добываемые на мелководьях или на открытой воде. Хищничеством занимаются меньше, чем крупные чайки, но иногда разоряют гнезда, ловят птенцов, охотятся за грызунами, следуют за трактором на поле и хватают червей, насекомых и др. Охотно кормятся всякими отбросами, иногда занимаются клепто-паразитизмом, отнимая корм у ворон, чаек и других птиц, в том числе и у особей своего вида. После гнездовые кочевки постепенно переходят в отлет, завершающийся поздней осенью. Стая имеет вид неоформленного рыхлого скопления или образует неправильную ленту, колонну и т.п. На транзитном полете часто выстраиваются клином, цепочкой, дугой, волнистой линией или иным линейным строем. Направление отлета из нашего региона – в основном на запад, меньше – на юг. На пролете подолгу задерживаются на отдых, скапливаются у укромных мест.
Основные места зимовки находятся в Западной Европе от Балтики и Скандинавии до Средиземноморья, у берегов Северной Африки, в Юго-Восточной Азии. Относительно немного сизых чаек зимует на Черном и Каспийском морях. Единичные особи остаются в средних широтах, зимуя у незамерзающих сточных вод. Начинают размножаться на 3–5-м календарном году, до этого возраста ведут кочевую жизнь.

Облачение в мантию — тренд для особенных

Мантия всегда была особенным предметом одежды. В неё имели право облачаться только представители высших сословий. Мантии из красного бархата, расшитые золотом и подбитые мехом носили короли. Служители церкви, некоторые чиновники, судьи, выпускники высшей академической школы — мантия выделяла избранных среди толпы.

Современные дизайнеры, вдохновлённые историей минувших дней, приняли решение несколько видоизменить мантию, сделав её частью уличной моды. Получилась удлинённая кофта с капюшоном, из плотного материала. Существует несколько вариантов современной мантии: с замком/без замка, с косым замком, без рукава, с карманами, кожаными рукавами. Когда эта одежда поступила в продажу — сразу же перекочевала в гардероб к тем, кому известно, что такое стильная одежда. К слову, её ещё называют «кочевняя мантия», вероятно это связано с кочевым образом жизни монахов, носивших мантии с углублённым капюшоном, прикрывающим лицо.

Купить мантию — значит придать своему образу загадочность. Человек в такой одежде создаёт впечатление интригующего, особенного, имеющего нестандартный взгляд на мир. В современную мантию могут облачиться как мужчины, так и представительницы прекрасного пола. Мужская одежда должна быть лаконичной, удобной и практичной, поэтому мантия идеально подходит для мужчины, предпочитающего урбанистический стиль одежды. Мантия выполняется из плотного материала, что позволяет ей быть достаточно тёплой для весеннего и осеннего периода. Для тех, кто особенно проблематично переносит холод, существуют утеплённые мантии.

С чем носить мантию? Так как этот предмет одежды относится к уличному стилю, его можно успешно сочетать с джинсами, в том числе скинни, неброскими футболками и рубашками.

Тем, кто носит мантию, желательно избегать сочетаний с одеждой, на которой нанесён мелкий принт. На голову любитель уличной моды может надеть снэпбэк (кепку с прямым козырьком). Девушки часто дополняют образ аксессуарами на шею, например, деревянный крест на длинной цепочке.

Где купить мантию? Эта одежда ещё не получила достаточно широкого распространения в масс- маркете, поэтому лучше обратиться в интернет магазин мужской одежды, например www.mfs.ua/ . Этот магазин представляет широкий ассортимент мантий, на любой вкус. На данный момент это одна из лучших площадок, где можно купить брендовую одежду.

Любому школьнику из курса географии известно, что даже у планеты Земля есть мантия. Позвольте и себе такую роскошь — быть особенным.

Алая мантия» — читать онлайн бесплатно, автор Виктория Холт

Виктория Холт


Алая мантия

В то время мог фанатик и дурак

Религией прикрыть злодейства мрак.

Джон Лэнгорн (1735–1779)

У нас вполне достаточно религии, чтобы заставить ненавидеть, но недостаточно, чтобы заставить любить друг друга.

Джонатан Свифт (1667–1745)

Если они одобряют личное мнение, то называют его мнением, а если нет, то именуют его ересью, и все же ересь не более чем личное мнение.

Томас Гоббс (1588–1679)

Часть первая


АНДАЛУСИЯ

Глава 1


Весна 1572 года

Сеньорита Исабелья де Арис сидела у окна, обмахиваясь веером. Рядом с ней стояли две дуэньи, Хуана и Мария. Они были явно обеспокоены – их юной хозяйке редко позволяли столько свободы.

– Откиньтесь на спинку стула, – велела Хуана.

– Неразумно, чтобы эти цыгане глазели на вас, – заявила Мария. – Кто знает, какие дурные мысли могут прийти им в голову!

В патио[1] бил фонтан, в воздухе веял изысканный аромат цветов, а солнце сверкало на белых каменных плитках пола.

– Кто пустил цыган в патио? – продолжала ворчать Хуана. – Наверняка этот лентяй Томас! Пусть не думает, что это сойдет ему с рук! Дон Алонсо спросит с него, когда вернется домой.

– Перестань, Хуана, – сказала Исабелья. – Они просто хотят показать нам свои танцы – почему бы и нет?

– Они просто хотят вытянуть золото у нас из карманов!

– Нужно же им на что-то жить, – заметила Исабелья.

Хуана покачала головой, глядя на Марию. Их молодая хозяйка росла своенравной. Хорошо, что скоро у нее появится муж, который поставит ее на место!

Исабелья часто делалась раздражительной, проводя долгие дни за persianas;[2] она больше не находила удовольствия в рукоделии; даже роскошная напрестольная пелена с вышитыми голубым шелком и золотом изображениями святых перестала ее радовать.

– Я устала… устала сидеть здесь… день идет за днем, а ничего не происходит, – говорила Исабелья.

– А что должно происходить с дочерью испанского гранда, донья Исабелья? – спрашивали у нее.

– Очевидно, ничего, – отвечала она. – Дочь гранда встает рано, читает молитвы, слушает мессу – нет, не в церкви! Ей такого не позволяют, это чересчур рискованно! Она слушает мессу в домашней часовне, которую отделяют от ее комнаты только коридор и несколько ступенек, а потом учит уроки и вышивает. Что еще ей остается делать?

– А вы бы хотели, чтобы она бродила повсюду, словно крестьянка или цыганка?

– Иногда я им завидую, особенно цыганкам, этим босоногим плясуньям.

Ошарашенные дуэньи обменивались взглядами и качали головой. Исабелье и в самом деле пора замуж. Ей шестнадцать, она уже достаточно взрослая и наверняка стремится сменить жизнь юной сеньориты, которую старательно и назойливо воспитывают, на жизнь жены и матери.

Исабелью уже не удовлетворяло сидение у окна и разглядывание патио и садов, укрытых от палящего солнца пальмовыми листьями; ее не радовали красота апельсиновых деревьев, воздух, напоенный тонким ароматом цветов, виноград, созревающий на белой почве, верхние слои которой ветер сдувает на грозди ягод, делая вино из окрестностей Хереса самым лучшим в мире. Она хотела выйти из дома, смешаться с людьми, идущими по дороге, смотреть на бродячих торговцев и цыган, приходящих из Севильи и Кордовы, из Малаги, Гранады и Кадиса.

А сейчас цыгане танцевали в патио, и в отсутствие хозяина и хозяйки дома донья Исабелья заявляла, что их танцы ее развлекают.

– Кто может поручиться, что они не грабители? – проворчала Хуана. – Вы видите ножи у них за поясом?

– Все цыгане носят ножи, – ответила Исабелья. – Я видела, как они идут по дороге. У каждого мужчины есть faja.[3] Что, если ему придется защищаться во время долгого пути?

Хуана и Мария выразительно передернули плечами и воздели глаза к небесам.

Исабелья склонилась вперед, разглядывая молодую девушку, выделявшуюся среди остальных цыганских танцоров. Несмотря на рваную красную юбку и блузку с дырой, из которой высовывалось смуглое плечо, она держалась с необычайным достоинством. У нее были черные как смоль волосы, стройные и длинные загорелые ноги, в огромных глазах сверкало любопытство, а в ушах покачивались, задевая плечи, большие кольца.

Девушка явно стремилась привлечь к себе внимание. Она заметила в окне Исабелью, которая, встретившись взглядом с цыганкой, увидела какой-то призыв в ее блестящих темных глазах. Дело было не только в нескольких песетах[4] – она просила о чем-то еще.

Мужчина схватил девушку за руку, и она повернулась, чтобы занять место среди танцующих фанданго. Но цыганка сделала это с очевидной неохотой и снова обернулась, взглядом ища Исабелью.

Ни Хуана, ни Мария не обратили внимания на молодую танцовщицу, Исабелья была этому рада. Она пыталась отыскать девушку в танцующей толпе, но та была слишком мала, чтобы ее можно было легко заметить. Исабелья внимательно следила за чувственными движениями танцоров. Вскоре она разглядела цыганскую девушку, которая прикидывалась равнодушной к пытающимся поймать ее мужчинам, но внезапно сверкнула ослепительно белыми зубами и, оставив притворство, энергично включилась в игру, заключавшуюся в преследовании, поимке и подчинении.

Музыка становилась все громче, но внезапно лютни двух цыган умолкли. Танцоры застыли, словно какой-то цыганский бог обратил их в камень в наивысший момент игры. Несколько секунд в патио царила полная тишина. Сердце Исабельи забилось сильнее – жаркое солнце, запах цветов, словно высеченные из камня фигуры танцоров неожиданно обрели для нее новое значение.

Движение возобновилось так же внезапно, как и прекратилось. Цыганочка прыгнула вперед, посмотрела на окно, возле которого сидела Исабелья, и снова начала танцевать. На сей раз это была медленная фаррака. Девушка подражала позам и жестам матадора. Ее гибкое тело раскачивалось из стороны в сторону; фигуры вокруг нее все еще оставались неподвижными. Силой вдохновения цыганка привносила в патио страстное возбуждение корриды. Исабелья смотрела как зачарованная. На ее глазах девушка сражалась с быком, чудом избежала гибели, одержала победу и торжествовала, словно размахивая алой мулетой[5] и слыша приветственные крики зрителей.

– Браво! Браво! – закричала Исабелья, порываясь вперед.

Но бдительные Хуана и Мария вовремя удержали ее, а к девушке в патио присоединился мужчина. Началось фламенко – быстрый танец, названный так потому, что напоминал поведение солдат, возвращавшихся с фламандских войн. Шумный и свободный, он изображал буйные выходки солдат, занятых грабежом. Исабелья понимала, что мужчина сердит на девушку, – во время танца он резко схватил ее, но она столь же резко вырвалась. Музыканты играли все живее и громче, а люди начали хлопать в ладоши. Цыганка вынула из кармана юбки кастаньеты и защелкала ими в такт музыке.

Девушка больше не подчинялась мужчине, продолжая вырываться из его рук, – казалось, они оба намеренно приводят себя в неистовство. Внезапно из толпы шагнул вперед другой цыган с огромным ножом за поясом и присоединился к танцорам, щелкая пальцами перед лицом своего более молодого товарища. В следующую секунду танцевала уже вся толпа, и девушка затерялась среди быстро вертящихся тел.

Хуана подошла к окну и бросила деньги.

– Теперь уходите, – велела она цыганам. – Сеньорита устала. В кухне вам дадут поесть.

Танцоры быстро подобрали деньги, и патио вскоре опустел – от необычной сцены не осталось ничего, кроме солнечного света и запаха цветов.

Уходя, цыгане призвали благословение на дом, где с ними обошлись столь великодушно. Исабелья тщетно искала глазами девушку, чей танец произвел на нее такое сильное впечатление.

Она отвернулась от окна.

Наверняка Хуана и Мария сочтут своим долгом рассказать о ее поведении родителям, когда те вернутся, и ей не избежать нравоучений.

Исабелья пожала плечами. Ей уже недолго жить в этом доме. Она переедет в поместье несколькими милями южнее Севильи, по дороге на Херес-де-ла-Фронтера, и станет навещать родителей уже в качестве замужней женщины. У нее будет больше свободы, когда она выйдет замуж за Бласко или за Доминго. Интересно, за кого из них? Доминго старше, но с Бласко она дружила с детства. Исабелья часто говорила с родителями о Бласко. Они знали о ее чувствах, и так как очень любили дочь, то, наверное, пожелают, чтобы она была счастлива…

Исабелья вот уже несколько лет не виделась с Бласко и Доминго. Старшие в обеих семьях считали, что раз она должна выйти замуж за одного из молодых людей, то им не следует проводить время вместе. Пять лет назад Исабелья прекратила посещать поместье Каррамадино, и хотя сеньор Грегорио и сеньора Тереса Каррамадино часто навещали ее семью, они всегда приезжали одни, а когда родители Исабельи ездили в поместье под Севильей, как сегодня, они не брали с собой дочь.

Думают ли о ней Доминго и Бласко так же часто, как она о них? Помнят ли они игры, в которые играли с ней в детстве? Уже тогда Бласко был куда храбрее Доминго и куда больше походил на мужчину, хотя и был младшим из двух братьев. Доминго был на два года старше Бласко, а Бласко – на два года старше Исабельи. При встрече Бласко всегда целовал ей руку, а когда он поднимал голову, его черные глаза смотрели на нее так, что они оба чувствовали себя гораздо взрослее, а присутствие Доминго сразу становилось незаметным. В отличие от Бласко, Доминго тогда не помышлял о браке – он говорил, что хочет стать священником. Зато Бласко все время болтал о приключениях, о Кортесе[6] и Перу, об удивительных открытиях, которые он собирался сделать во славу Испании, и о сокровищах, которые он привезет, чтобы разделить их с королем Филиппом.[7] Часто Исабелья спрашивала себя, что произошло бы, если бы им с Бласко разрешили продолжать встречаться.

Не слишком ли много она думает об этих мальчишках? Хотя о чем еще ей думать?

Какой резкий контраст между свободной жизнью цыганской девушки и уединенным существованием знатной сеньориты! Исабелья ощутила протест. Все из-за цыган! Хуана и Мария были правы: ей не следовало смотреть на танцы. Это были не просто танцы – они как бы воплощали образ жизни исполнителей.

Работая над напрестольной пеленой, Исабелья была удовлетворена жизнью. Она знала, что скоро выйдет замуж, и думала о том, как волновал ее Бласко, и как она радовалась, ускользнув с ним от серьезного Доминго. Неужели цыганскую девушку тоже заставят выйти замуж за того, кого выберут для нее родители? Чушь! Такую девушку ни к чему нельзя принудить. Исабелья припомнила, как сверкнули зубы цыганки, когда молодой человек шагнул вперед, чтобы потанцевать с ней.

Исабелья часто думала о своей будущей жизни в доме Каррамадино. Постепенно она примет у доньи Тересы бразды правления и станет хозяйкой. Если ее заставят выйти замуж за Доминго, Бласко все равно будет рядом…

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вбежала Мария.

– Беда! – крикнула она. – Томас спустился в погреб за вином, и посмотрите, кого он там обнаружил! Хуана, приведи ее, пусть донья Исабелья увидит, что может случиться, когда цыган пускают в дом!

Исабелья встала, и напрестольная пелена упала на пол. Вошла Хуана, волоча за собой цыганскую девушку.

Затаив дыхание, Исабелья шагнула вперед. Она наступила на пелену, но не замечала этого – не замечала ничего, кроме смуглой девушки, которая при виде ее вырвалась из рук Хуаны и бросилась к ее ногам.

– Что это значит? – осведомилась Исабелья.

– Она вернулась, чтобы ограбить дом, – ответила Хуана.

Цыганка бросила на нее взгляд полный ненависти.

– Ты лжешь! – выкрикнула она.

– Тогда зачем ты вернулась? – спросила Исабелья.

– Я не вернулась. Я не уходила.

– Значит, ты спряталась в погребе, когда ушли остальные?

Девушка улыбнулась, сверкнув белыми крепкими зубами:

– Это было нетрудно. Их не занимало ничего, кроме еды и выпивки. – Ее губы скривились с отвращением. – Собаки! – Она щелкнула пальцами.

– Но ведь они твои родственники, – заметила Исабелья. – Они вернутся, чтобы забрать тебя.

– Вы можете заплатить им за меня. Они будут довольны.

– Эта девушка не должна находиться в присутствии доньи Исабельи, – заявила Мария.  – Уведи ее, Хуана.

Темные глаза цыганки сердито сверкнули.

– Я хочу поговорить с сеньоритой, – сказала она.

– Ты попала в беду? – допытывалась Исабелья.

Девушка кивнула.

– Оставьте нас вдвоем, – велела Исабелья служанкам.

– Вы с ума сошли, донья Исабелья! Девчонка может убить вас!

Цыганка подняла юбки и вынула нож, который носила под юбками на поясе. Хуана и Мария отпрянули. Но девушка протянула им нож:

– Вот. Я не могу повредить сеньорите.

Мария нерешительно взяла нож. Это был такой же faja, как у мужчин-цыган.

– Я ношу нож для защиты. – Девушка опустила взгляд. – Сеньорита, позвольте мне поговорить с вами наедине.

– Вам не следует это делать, донья Исабелья, – вмешалась Хуана.

– Я поговорю с девушкой, – отрезала Исабелья. – Я вижу, что она хочет что-то сообщить мне. Она пыталась это сделать, когда танцевала в патио.

Цыганка улыбнулась, а дуэньи посмотрели одна на другую.

– Подождите за дверью, – велела им Исабелья.  – Если вы мне понадобитесь, я вас позову.

Дуэньи колебались, но, видя решительность молодой хозяйки и понимая, что она уже не ребенок и в отсутствие родителей распоряжается в доме, послушно удалились.

Исабелья повернулась к девушке.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– Бьянка, сеньорита.

– Почему ты это сделала, Бьянка?

– Я хочу жить в доме, как сеньорита. Я больше не хочу быть цыганкой. Мне хочется спать под крышей и умываться у насоса; хочется быть чистой, носить красивую одежду и прислуживать вам до конца дней. Я увидела вас в окне и решила стать вашей служанкой, поэтому, танцуя, пыталась вам показать, что бросаю цыган.

– Но ты не сможешь жить в доме. Цыгане так не делают – они хотят быть свободными. Ты должна догнать их, Бьянка, пока они не ушли слишком далеко.

Бьянка топнула по полу босой коричневой ногой и покачала головой:

– Я буду вашей служанкой.

– Но у меня уже есть служанки.

Девушка снова сверкнула зубами в ослепительной улыбке.

– Таких, как Бьянка, у вас никогда не будет.

– Почему ты хочешь жить в четырех стенах и спать под крышей?

– Потому что я боюсь Перо.

– Человека, с которым ты танцевала?

Бьянка кивнула; ее глаза сузились.

– Я ненавижу Перо, но если я вернусь к своему народу, меня насильно выдадут за него. Он всегда следит за мной, пытается застать меня одну… В один прекрасный день… в одну ночь ему это удастся, и он насильно сделает меня своей женой. Перо будет бить меня, как собаку, а когда захочет любви, скажет «поди сюда», но потом я снова стану для него собакой. Я не хочу быть женой Перо!

– Но он вернется и станет искать тебя здесь.

– Нет. Он не поверит, что я осталась в доме.

– Бьянка, я не хозяйка этого дома.

– Правда? – Темные глаза девушки удивленно расширились. В них мелькнул страх. – Значит, хозяйка… одна из тех ворон?

– Их зовут донья Мария и донья Хуана, – сурово поправила Исабелья. – Нет, хозяева здесь – мои родители, которые уехали на один день.

– И они не вернутся до завтра? Тогда я останусь у вас на ночь и докажу, какой я буду хорошей служанкой, а когда они вернутся, вы попросите их, чтобы меня оставили здесь.

– В таких домах, как наш, дела не делаются подобным образом, Бьянка.

– Но мы все уладим! – Девушка снова упала к ногам Исабельи, схватила ее руку и покрыла поцелуями. – Позвольте мне остаться, сеньорита! Иначе мне придется голодать или Перо разыщет меня. Неужели я должна стать собакой Перо?

Большие глаза смотрели умоляюще, овальное личико выражало то горе, то надежду.

Подумав о грубом цыганском парне, Исабелья внезапно ощутила желание оставить у себя девушку, которая знала о жизни больше, чем ей когда-либо суждено узнать, бродячую цыганку, которой захотелось спать ночью под крышей. Поэтому она поступила так, как не посмела бы поступить еще вчера.

– Ты можешь остаться на ночь, – разрешила Исабелья.

Исабелья лежала в постели и смотрела в окно на звезды. В эту ночь она не могла заснуть. Бьянка осталась в соседней комнате. Мария настояла на том, чтобы запереть дверь.

– Мы отвечаем за вас. Я и подумать не в силах о том, что скажут ваши отец и мать, когда вернутся. Цыганка в доме! Откуда мы знаем, какие злые умыслы таятся у нее в голове?

«В самом деле, откуда?» – спросила себя Исабелья. Она знала лишь то, что хочет оставить у себя Бьянку, что у нее поднялось настроение, когда дверь распахнулась и цыганку ввели в комнату.

Теперь Исабелья думала о минувшем вечере, когда Бьянка пошла к насосу и умылась, повизгивая от прикосновения холодной воды. Слава Богу, у нее не было вшей. Девушка явно гордилась своими волосами – она аккуратно их расчесала и вставила в них цветок, который принесла из патио. Несмотря на тряпье, в которое была одета цыганка, она выглядела необычайно хорошенькой.

– Тебе нужна другая одежда, Бьянка, – сказала ей Исабелья. – Ты не можешь оставаться в доме одетой как цыганка.

«Я приодену ее, – думала Исабелья, – а отец и мать подумают, что это просто новая служанка. Если я собираюсь замуж, то мне все равно придется избавиться от дуэний и обзавестись горничной. Почему же ею не может быть Бьянка?»

Исабелья хотела узнать побольше о тех чувствах, которые проявляла Бьянка во время танца. Конечно. Конечно, она может научить девушку, как нужно вести себя в доме знатного сеньора, но Бьянка в состоянии научить ее куда большему.

Поэтому Исабелья нарядила девушку в темное платье служанки. Бьянка выглядела в нем странно с болтающимися в ушах кольцами, но она отказалась с ними расстаться и не пожелала обуть босые смуглые ноги. Цыганка положила кастаньеты в карман нового платья, но Мария ответила категорическим отказом на ее просьбу вернуть нож.

Девушка вскинула голову и рассмеялась.

– В большом доме он мне не понадобится, – сказала она. – Ножи хороши для цыганского табора.

Вечером они немного поболтали, но это было нелегко, так как Исабелья говорила на кастильском наречии, а Бьянка – на цыганском жаргоне. Тем не менее, они понимали друг друга.

– Как только я вошла в патио и увидела в окне сеньориту, сразу поняла, что пришла домой, – сказала Бьянка. – Это мой дом, а вы – моя хозяйка, и я больше не буду свободной, как раньше. Тот, кто любит, не может быть свободен, а я люблю мою хозяйку и буду защищать ее сердцем, душой и телом.

– Ты преувеличиваешь, – улыбнулась Исабелья.

– Нет-нет! В ваших глазах я увидела просьбу о по мощи. Вы, сеньорита, нуждаетесь в Бьянке, а Бьянка нуждается в вас из-за Перо. Любовь начинается там, где люди нуждаются друг в друге.

– Когда вернутся мои родители…

– То они скажут: «Какая хорошая служанка у нашей дочери».

«Бьянке скоро придется уйти, – думала Исабелья, – так как мои родители ни за что не позволят ей остаться».

Она повернулась в постели, продолжая думать о цыганке.

На следующий день сеньор Алонсо и сеньора Марина де Арис вернулись домой. Исабелья стояла в холле возле колонны, на которой были высечены арабские надписи, и встретила родителей с приличествующими случаю церемониями.

Отец сдержанно поцеловал ее, а мать нежно обняла. Рядом с Исабельей стояли Хуана и Мария.

– Твоя мать и я рады видеть тебя снова, дочка, – сказал дон Алонсо, положив ей руку на плечо. – Пойдем с нами – мы выпьем по стакану вина, так как устали с дороги. – Он обернулся к дуэньям: – Мы побудем одни с дочерью.

Дон Алонсо направился в маленькую комнату, увешанную шелковыми гобеленами, которые изображали триумфы великого императора Карла,[8] отца короля Филиппа. Хотя было утро, и жара еще не наступила, шторы были опущены, почти не пропуская дневной свет.

Исабелья знала, что скажут ей родители, но в их присутствии она вновь стала робкой девочкой, какой была до появления Бьянки.

– Мы долго советовались с нашими друзьями, сеньором и сеньорой Каррамадино, – начал ее отец. – У нас есть новости для тебя, дочка, и мы уверены, что они будут приятны тебе так же, как нам. Поместье Каррамадино просто превосходно. Никогда еще я не видел таких маслин и такого винограда. Они богаты и знатны – во всей Андалусии не найти семейства, которое может предложить большее молодой сеньорите.

Видя, что мать наблюдает за ней, Исабелья кивнула:

– Да, отец.

– Ты хорошая девочка, – продолжал дон Алонсо, – и редко давала твоей матери и мне повод для огорчений. Ты знаешь, какое горе нам причиняло то, что у нас не было сыновей. Все наши надежды заключались в тебе, дочка. Теперь ты выросла, и тебе пришло время выходить замуж. Можно ли подобрать для тебя лучшую партию, чем один из Каррамадино?

– Ты не кажешься удивленной, Исабелья, – заметила донья Марина. – Значит, ты догадывалась о цели нашей поездки?

– Да, матушка, догадывалась.

– Вот почему ты выглядишь такой довольной, – промолвил дон Алонсо. – Дитя мое, сеньор и сеньора Каррамадино не меньше жаждут породниться с нами, как и мы с ними. Доминго просил твоей руки.

– Доминго! – Имя сорвалось у Исабельи с губ, хотя она изо всех сил старалась сдержать возглас. – Доминго, отец?

– Старший сын в благородном семействе. Когда-нибудь он разделит отцовское поместье со своим братом, но большая его часть отойдет к старшему. Мы будем счастливы видеть тебя, дочка, хозяйкой прекрасных и обширных земель.

Родители ждали от нее выражения радости и признательности. Но Исабелья была расстроена. Ей предназначен в мужья серьезный Доминго, от которого они с Бласко старались спрятаться подальше. Ведь она с детства любила Бласко!

– Ну, Исабелья? – поторопила ее мать.

– Если таково ваше желание, мне нечего возразить, – медленно произнесла Исабелья.

В ее голосе слышалась обреченность, а в глазах застыло отчаяние.

Дон Алонсо отвернулся от нее. Если она собиралась протестовать, у него не было желания выслушивать протесты. Он не мог ронять свое достоинство, давая дочери объяснения, – это дело женщины. Пусть мать объясняет, просит, вынуждает, если возникнет необходимость.

Он вышел, оставив жену наедине с дочерью.

– Дитя мое, – заговорила донья Марина, – мне кажется, ты не осознаешь, насколько тебе повезло.

– Я знаю, матушка, что породниться с Каррамадино – большая удача. Но когда их мальчики бывали здесь, а я гостила у них, моим другом был Бласко.

– Бласко – младший сын, дочка. Твой отец не позволил бы тебе, его наследнице, выйти замуж за младшего сына. Как бы там ни было, прошло много времени с тех пор, как ты видела Доминго и Бласко. То, что в детстве тебе нравился Бласко, не означает, что он понравится тебе и теперь.

– Неужели он… так изменился? Донья Марина покачала головой:

– Не могу поверить, что это говорит моя дочь. Твоего отца огорчило отсутствие благодарности за все, что он для тебя сделал.

– Я вовсе не неблагодарная. Я понимаю, что отец желает мне добра и считает, что мне лучше выйти за Доминго, так как он старший сын.

– Ну, тогда будь счастлива, дорогая, и радуйся своей удаче. Какое прекрасное поместье! Какой великолепный дом! К тому же ты будешь жить неподалеку от нас. Я бы не вынесла долгой разлуки. Мне всегда хотелось, чтобы ты была рядом, – ведь ты наше единственное дитя.

– Когда свадьба, матушка?

Донья Марина улыбнулась:

– Ты уже думаешь о свадьбе? Обещаю, что мы устроим такую свадьбу, какой еще не было в этих краях. Это будет fiesta[9] для всех соседей.

– Матушка, а что сказал Доминго?

– Доминго вне себя от радости. Он помнит тебя так же хорошо, как ты его, и говорит, что никогда не переставал о тебе думать и с нетерпением ждал того времени, пока мы сочтем тебя достаточно взрослой для брака.

– А Бласко?

– Бласко рад удаче брата.

Исабелья ощутила слезы у себя на щеках. Донья Марина обеспокоенно смотрела на дочь. Внезапно Исабелья бросилась в объятия матери и разрыдалась.

– Ну-ну, моя ninja.[10] Твоя мать здесь – она не позволит обидеть тебя. Тебе не о чем волноваться. Тебя ждет счастье. Ты выйдешь замуж, но будешь жить не далеко от родного дома. Вот почему мы с твоим отцом так рады.

– Я боюсь, матушка! Доминго… он такой серьезный. Он никогда не смеялся вместе с нами.

– Мужчина должен быть серьезным, девочка. Это означает, что он будет хорошим мужем. Если мужчина так легко начинает смеяться в обществе одной женщины, он скоро начнет делать это и при других. Я понимаю, что Бласко очаровал тебя своим весельем, но, поверь, мы рады, что ты выйдешь замуж за Доминго, не только потому, что он старший сын и наследник отцовского состояния.

– Но, матушка, ведь сердцу не прикажешь. Мы любим человека не за его добродетели, а за то, что он такой, какой есть.

– И ты была готова влюбиться в Бласко? Ты знала, что когда-нибудь выйдешь замуж за одного из братьев Каррамадино, и говорила себе: «Хорошо, я буду женой Бласко».

Исабелья молчала – она понимала, что ей придется выйти замуж за Доминго. Как может девушка противиться родительской воле? У нее было счастливое детство, отец и мать любили и баловали свое единственное дитя, но в этом доме, как и в других знатных домах Испании, существовал нерушимый закон: строгое подчинение дочерей родителям.

Исабелья вспомнила о Бьянке, и это почему-то придало ей смелости. «Когда я перееду в дом мужа, – подумала она, – Бьянка останется со мной. От нее я узнаю, чего мне следует ожидать от моего брака».

Исабелья повернулась к матери, и донья Марина с радостью увидела, что она выглядит спокойной.

– Матушка, вчера к нам приходили цыгане показать свои танцы. Когда они ушли, одна из них – бедная девушка, чуть моложе меня, – спряталась в доме и попросила, чтобы я взяла ее себе в служанки.

– Дитя мое!

– Пожалуйста, матушка, сделайте это для меня! Она так меня умоляла. Ей было плохо с цыганами: один из них угрожал ей. Девушка попросила остаться и провела прошлую ночь в нашем доме.

– От цыганки в доме не жди ничего хорошего.

– Тогда я избавлюсь от нее, но до тех пор можно она останется при мне?

– Странная просьба. Я спрошу у твоего отца, но уверена, что он не разрешит держать в доме цыганку. Другим слугам это не понравится. И вообще, почему Хуана и Мария позволили тебе смотреть цыганские танцы?

– Не ругайте их – я сама настояла на этом. Мне так хочется помочь девушке. Если с ней случится что-то плохое, я всю жизнь буду помнить, что не смогла ей помочь, когда она в этом нуждалась!

– Очевидно, она наплела тебе с три короба. Цыганки – известные лгуньи.

– Не думаю, матушка, что она лжет. Если Бьянка останется со мной, то поможет мне приготовиться к свадьбе. Я могла бы взять ее в дом мужа как мою личную горничную. Я бы всему ее обучила. Она одних лет со мной, и мне было бы не так одиноко…

Губы Исабельи дрогнули, а глаза наполнились слезами.

– Вижу, ты твердо вознамерилась помочь этой девушке, – быстро сказала донья Марина. – Я поговорю с твоим отцом. Конечно, это странная просьба, но он всегда был к тебе снисходителен и старался исполнять все твои желания. – Она покачала головой. – Но не думаю, что ему придется по душе цыганка в доме. Впрочем, если я скажу, что тебе нужна еще одна служанка, которая поможет приготовиться к свадьбе, возможно, он согласится.

Исабелья снова обняла мать. «Для родителей я все еще ребенок, – подумала она.  – Они просят меня не противиться браку с Доминго и в благодарность за повиновение позволят мне оставить Бьянку».

Бьянка скакала верхом в сторону Севильи вместе с Хуаном, одним из конюхов. Они везли от сеньора Алонсо де Ариса сеньору Грегорио Каррамадино послание насчет свадьбы, которая теперь казалась делом решенным. Бьянка сидела в дамском седле, напевая цыганскую песню, будоража чувства Хуана. Она была довольна новой жизнью. Приятно быть служанкой знатной сеньориты – тем более такой, как донья Исабелья. Единственно, чего опасалась Бьянка, покидая дом, это встречи с цыганами, которые узнают ее и расскажут Перо или его друзьям о том, что с ней произошло.

При мысли о Перо Бьянка щелкнула пальцами. «Болван! – думала она. – Надеялся завладеть мною силой! У него ручищи как у обезьяны, а ум – как у слепого червяка, роющегося в земле!»

Бьянка считала, что вправе требовать к себе уважения, как доверенная служанка сеньориты Исабельи. Она будет жить в доме, носить красивую одежду и очаровывать всех мужчин. Цыганская страстность сочеталась в ее натуре с цыганской гордостью и чувством собственного достоинства.

В годы странствий, когда днем ей приходилось попрошайничать, а ночи проводить у костра, Бьянка и помыслить не могла, чтобы подчиниться такому, как Перо, даже если он воспользуется своей грубой силой и сделает ее матерью своего ребенка.

Нет! Она будет свободной как от цыганских законов, так и от законов Испании. Она не станет рабой мужчины. Бьянка подарит свою любовь тому, кого выберет сама!

Когда она впервые увидела этот красивый дом с его сияющими на солнце стенами, то сразу полюбила его. Как чудесно пахли цветы в патио! Как приятно было стоять на ярком солнце, чувствовать, как вода из фон тана стекает по пальцам, и думать о том, что происходит за persianas, не пропускающими внутрь слепящий дневной свет! А потом штора поднялась, и она увидела сеньориту с мягкими глазами и красивыми темными волосами, поблескивающими под мантильей; ее рука на фоне черного шелка платья казалась смуглой цыганке белой, как алебастр…

Должно быть, Перо уже далеко отсюда. Он никогда ее не найдет. С каждым днем она становилась все ближе к молодой сеньорите, с каждым днем узнавала что-то новое для себя. А теперь, когда Исабелья выйдет замуж, она поедет с ней в новый дом и будет жить в огромном поместье Каррамадино, куда теперь скачет вместе с Хуаном.

Бедный Хуан, он тоже мечтает о ней! Это забавляло Бьянку. Неужели он думает, что его мечты сбудутся? Пусть себе мечтает – Хуан не Перо, его нечего опасаться.

Они подъехали к сверкающему на солнце Гвадалквивиру, и Хуан показал Бьянке корабли. Он гордился ими, как всякий испанец, ибо они приносили победы его стране. Конечно, невежественные цыгане ничего не знают о подобных вещах, но Бьянка так тянулась к знаниям!

Она ехала верхом рядом с Хуаном и слушала его рассказы об испанских галеонах, плавающих по всему миру, привозящих несметные сокровища и завоевывающих новые империи для великого короля Филиппа. Неужели, спрашивал Хуан, она никогда не видела процессий на улицах больших городов в честь возвратившихся искателей приключений? Когда-нибудь он возьмет ее с собой в Гранаду, Севилью или Кордову, и она увидит рабов, которых привозят из заморских владений.

– Ты очень добр к бедной цыганке, Хуан.

– О Бьянка, для такой бедной цыганки, как ты, я готов на все!

– Пожалуйста, не забывай, что я больше не бедная цыганская девушка, а личная служанка доньи Исабельи, мой бедный Хуан. Это куда лучше участи бедного конюха. Расчесывать волосы сеньорите – занятие более благородное, чем ухаживать за лошадьми.

– Ты права, Бьянка, – уныло проронил Хуан.

– Тогда постарайся это запомнить.

Унизив несчастного Хуана, как она унижала всех робких, Бьянка выбросила его из головы и продолжала мечтать.

В доме, куда она едет в первый раз, ей предстоит провести всю жизнь. Бьянка слышала, что ранее это был дворец мавританских королей. Когда последних мавров изгнали из Гранады, а короля Боабдила[11] отправили в Африку, Каррамадино завладели его дворцом и окружающими его плодородными виноградниками, превратившись в результате в одно из богатейших семейств Андалусии. Именно поэтому отец доньи Исабельи так хотел выдать ее замуж за старшего сына хозяина старого мавританского дворца, который теперь станет ее домом.

Они приближались к поместью. Бьянка смотрела на расстилающиеся перед ней виноградники. Река блестела на ярком солнце, хотя по-настоящему жаркое долгое лето еще не наступило.

При виде дворца Бьянка затаила дыхание. В солнечном свете он казался золотым мавританским храмом. Ей не терпелось попасть туда. Исабелья поручила ей повидать Доминго и рассказать, как он выглядит.

В сумке, привязанной к ее спине, лежал вышитый шарф – подарок Исабельи донье Тересе. Но Бьянка не сомневалась, что ее подлинная цель заключается не в том, чтобы доставить подарок, а в том, чтобы разведать все для своей хозяйки.

Они подъехали к воротам высокого дворца, который господствовал над местностью. Двое конюхов вышли им навстречу. Они обменялись приветствиями с Хуаном и улыбнулись Бьянке, которая позволила им помочь ей спешиться. Ее ничуть не удивило, что конюхи отталкивали один другого ради этой чести, – так и должно быть.

Бьянка наградила конюхов милостивым взглядом и сказала:

– Пожалуйста, проводите меня к сеньоре Тересе Каррамадино.

Конюхи были готовы оказать все почести служанке доньи Исабельи, которой вскоре предстояло стать их хозяйкой. Впрочем, судя по их возбужденно блестящим глазам, они были бы рады приветствовать Бьянку, даже если бы она не являлась горничной их будущей госпожи. Хуан привез подарки и письма хозяину дома, но внимание конюхов было приковано к девушке.

Бьянку провели в приемный зал, похожий на тот, который она теперь считала своим, но куда больше и величавее. В зале было прохладно, а резьба на мраморных колоннах казалась более искусной, чем в доме ее хозяйки. Слуги, провожавшие Бьянку к донье Тересе, с подозрением смотрели на большие медные кольца у нее в ушах, на ее смуглую кожу, иссиня-черные волосы, босые ноги и свойственную цыганкам вольную походку. Что за странные слуги работают в доме их будущей хозяйки, думали они.

Впрочем, красота девушки не осталась ими незамеченной, чем Бьянка была вполне удовлетворена.

Зато донья Тереса не испытывала удовлетворения. Она слышала о Бьянке от доньи Марины: добросердечную Исабелью тронула печальная история цыганки, и ей разрешили оставить девушку при себе в качестве служанки. При виде Бьянки донья Тереса сразу же решила, что в ее доме она не задержится. Такая девушка способна причинить большие неприятности. В ней не ощущалось приличествующего слугам почтения: цыганка вызывающе вскидывала голову, а ее гибкие движения, очевидно врожденные и, стало быть, неискоренимые, – могли вызвать смятение среди слуг-мужчин.

Поэтому донья Тереса оказала служанке Исабельи весьма холодный прием.

Сеньора приняла шарф и попросила Бьянку обождать, пока она напишет письмо.

Бьянка проводила время ожидания, разглядывая комнату. Пол был устлан коврами, а узоры на драпировках были более искусными, чем ей когда-либо приходилось видеть. На гобеленах изображены великие Фердинанд и Изабелла,[12] в богатых мантиях, попирающие головы побежденных мавров. Все пышно и великолепно, но Бьянка, в свою очередь, сразу невзлюбила гордую женщину, чьи чувства по отношению к ней она безошибочно угадала. В этом доме у нее будет враг.

– Возьми это и передай донье Исабелье, – послышались слова. Белая рука, усыпанная дорогими кольцами, положила записку на маленький столик, словно опасаясь коснуться смуглой руки Бьянки. – Перед уходом можешь попросить слуг, чтобы тебя накормили.

Неужели она должна есть вместе со слугами ржаной пудинг и олью подриду,[13] которые эти люди поглощают с таким аппетитом? Должна сидеть рядом с лакеями и конюхами и чувствовать на себе взгляды, такие же, как у Хуана и у тех, кто провожал ее к этой отвратительной донье Тересе? Должна позволять им как бы случайно прижиматься к ней и касаться ее пальцами? Разумеется, нет! Ей нужно исполнить поручение – ведь она ехала сюда не только для того, чтобы передать шарф.

Бьянка вышла из комнаты и двинулась через огромный зал от колонны к колонне, используя каждую как временное укрытие. Ей хотелось бросить взгляд на дона Доминго и сообщить хозяйке настолько блистательное его описание, что донья Исабелья перестанет бояться.

Разумеется, Бьянке не следовало задерживаться в доме, где на нее в любой момент могли наткнуться слуги, поэтому она выскользнула наружу и двинулась вокруг дома, держась поближе к стенам.

Проходя под арками и через патио, Бьянка, наконец, оказалась в красивом саду, где росли пальмы и апельсиновые деревья. Двигаясь мимо жилищ прислуги, она слышала смех, и ей почудился среди других голосов голос Хуана. Бьянка уловила запах лука и порадовалась, что не стала есть со слугами. Оказавшись у другого крыла здания, она увидела, что оно построено не в мавританском стиле, и поняла, что это часовня, воздвигнутая позднее. Осторожно взобравшись на выступ ограды, Бьянка заглянула в узенькое окошко без стекол и увидела внутри алтарь, исповедальню и большую фигуру Девы Марии в голубом одеянии. Какой-то молодой человек молился на коленях перед алтарем.

Бьянка сразу поняла, что ее поиски пришли к концу. Исабелья говорила ей о двух братьях – Доминго и Бласко. Судя по одежде, это был один из сыновей хозяина дома, а так как Бьянка не сомневалась, что это не Бласко, значит, это должен быть Доминго.

Молодой человек так низко склонял голову, что она не могла толком его разглядеть. Он был абсолютно неподвижен, полностью погрузившись в молитву.

Бьянка решила подождать, покуда молодой человек не изменит позу, чтобы увидеть его лицо, – ведь ей нужно так много рассказать о нем Исабелье.

Наконец он встал, и она смогла как следует его рассмотреть. Юноша был среднего роста, с бледным и суровым лицом; он выглядел так, словно общался со святыми. Его губы шевелились, как будто он продолжал молиться.

«Он слишком серьезен и будет строгим мужем, – подумала Бьянка. – Но я скажу сеньорите, что ее жених красив, ведь так оно и есть, и что он хороший человек, судя по тому, как искренне он молится в одиночестве».

Юноша вышел из часовни, и Бьянка прижалась к стене. Каменный выступ скрывал ее, но если Доминго повернется направо, то сразу ее заметит.

Бьянка начала придумывать оправдания. Она скажет ему, что заблудилась и, будучи цыганкой, не осмеливалась войти в часовню, но очень хотела посмотреть, что находится внутри. А может, сказать ему, что она служанка Исабельи и хозяйка очень ее любит? Тогда, чтобы доставить удовольствие невесте, он не будет с ней суров.

Думать дальше не было смысла, так как молодой человек свернул налево. Бьянка осталась на месте, прислушиваясь к удаляющимся шагам.

Внезапно за старым перечным деревом послышался шорох, и появился еще один юноша. Бьянка хотела убежать, но поскользнулась, и юноша поймал ее.

Она увидела перед собой пару черных блестящих глаз и полные губы, кривящиеся, как ей показалось, в злобной усмешке.

– Ну, – заговорил молодой человек, – вы попались, моя красавица. Зачем вы сюда забрались?

– Я не забиралась! Я имею право находиться здесь!

Он продолжал крепко держать ее.

– Ага! Цыганка!

– Пожалуйста, уберите руки.

– Нет, пока не услышу, кто ты и что здесь делаешь.

– То же самое я могу спросить у вас.

– Тогда ты не просто цыганка, но еще и нахалка. Знаешь, что я с тобой сделаю? Велю привязать тебя к столбу и высечь. Так мы поступаем с теми, кто без спросу вторгается в наши владения.

Теперь Бьянка поняла. Она его узнала. Кровь бросилась ей в лицо. Юноша это заметил и наблюдал за ней все с той же усмешкой.

– Бласко! – произнесла Бьянка.

– Для нахальных цыганок сеньор Бласко Каррамадино, – ответил он.

– Значит, вы Бласко, а тот другой был Доминго.

– Я требую объяснений, иначе не отпущу тебя, – пригрозил юноша.

– Вы порвете мне платье!

– «Платье»! Это слишком громко сказано. – Одной рукой он попытался приподнять подол ее юбки, а другой продолжал удерживать девушку.

Бьянка пнула его ногой.

– Цыгане носят ножи, а девушки прячут их под юбками. Я должен убедиться, что ты не ударишь меня ножом в спину, когда я тебя отпущу.

– У меня нет ножа.

Юноша рассмеялся, прижимая ее к стене.

– Придется обыскать тебя, чтобы это проверить. Бьянка снова попыталась лягнуть его, но он схватил ее за ногу. Она упала на землю и тут же вскочила.

– Да будет вам известно, что я личная служанка сеньориты Исабельи де Арис.

– Это интересно, – промолвил молодой человек, – хотя и не объясняет того, зачем ты пробралась к нашей часовне.

– Никуда я не пробиралась. Я просто… заблудилась.

– И заглянула в окно, чтобы найти дорогу? Лучше сознайся, почему ты смотрела в окно.

– Я не смотрела!

– Вот как? – усмехнулся юноша. – Ты служанка доньи Исабельи, приехала сюда с письмом от хозяев, и так как у тебя имеется нос, – он слегка щелкнул ее по носу, – ты суешь его куда не следует. Но поскольку носик у тебя очаровательный, то, на сей раз, я тебя прощу, потому что… потому что у тебя такие злые глаза и ты больно лягаешься. Кажется, ты попытаешься убить меня, если я тебя не отпущу.

– Ну, так отпустите меня, и вам не придется умирать.

Молодой человек расхохотался, запрокинув голову.

Воспользовавшись случаем, Бьянка вырвалась и бросилась бежать.

Он пустился вдогонку – она слышала его смех совсем близко за спиной.

Бьянка бежала вслепую, не зная дороги. Свернув в сторону от дома, она обогнула сад, ловко миновала какую-то статую, но зацепилась ногой за резную ограду и свалилась в кусты.

Так она попалась.

– Что за дьявол! – воскликнул юноша. – Какая же ты злючка, моя маленькая gitana![14] – Опустившись рядом с ней на колени, он внезапно обнял ее и поцеловал в губы. Бьянка тщетно пыталась вырваться. – Этот поцелуй предназначен первой чистой цыганке, которую я вижу. Если ты вынешь из ушей эти побрякушки и прикроешь смуглую кожу, то сможешь сойти за сеньориту… если перестанешь лягаться.

Бьянка не боялась мужчин, ее не впервые преследовали, но ее пугали чувства, которые пробудил в ней этот юноша. Ей казалось, будто они уже давно знакомы – очевидно, благодаря рассказам Исабельи.

– Прилично ли такому знатному сеньору, – с насмешливой скромностью осведомилась Бьянка, – гоняться за бедной служанкой?

– Есть вещи, – ответил он, – за которыми гоняются все мужчины.

– Какие?

– Не задавай глупых вопросов, – усмехнулся юноша. – Ты сама это знаешь.

Видя, что он ослабил бдительность, Бьянка кокетливо улыбнулась, внезапно вырвалась и пустилась бежать так, словно за ней гнался лев.

Добежав до флигеля прислуги, она быстро нашла дверь и вбежала в комнату, где за длинным столом сидели люди.

– Да ведь это Бьянка! – воскликнул Хуан. – А мы то голову ломали, куда ты подевалась.

По дороге домой Бьянка хранила молчание. Когда они вернулись, Исабелья тут же позвала ее к себе.

– Ты видела его? – спросила она.

– Видела, как он молится в часовне. Я тайком пробралась туда и заглянула в окно. Он не знал, что я за ним наблюдаю. Но я хорошо его рассмотрела – он красивый мужчина и хороший человек.

Исабелья молчала – она продолжала трудиться над напрестольной пеленой, которую хотела закончить до свадьбы.

– А ты видела кого-нибудь еще, Бьянка? – наконец спросила она.

– Да, – ответила Бьянка. – Я видела другого.

– Бласко?

– Да, Бласко. – Внезапно Бьянка упала к ногам хозяйки и стала целовать ей руки. – Он некрасивый, даже безобразный. Вам повезло, что вы станете женой Доминго.

– Безобразный? Не может быть. Значит, это не Бласко.

– Это был он. Мне кто-то сказал, что это Бласко. Он настоящий урод. К тому же мне сказали, что он плохой человек.

– Я уверена, что это неправда, – заявила Исабелья. – Мальчиком Бласко был выше Доминго и выглядел старше и красивее его. Все говорили, что из него вырастет красивый мужчина.

– Он плохой, – упорствовала Бьянка. – Я знаю! – Она вынула из кармана юбки колоду карт. – Сейчас проверим, подтвердят ли это карты. Ага, вот он! Темноволосый мужчина. Он злой, но не повредит вам, так как не сможет к вам приблизиться. А вот ваш добрый ангел – это Доминго. Он тоже темноволосый.

– Если они оба темноволосые, как ты их различаешь? – осведомилась Исабелья.

– Я знаю! – яростно повторила Бьянка.

Она продолжала думать о Бласко. Ночью ей снилось, как он поймал ее в кустах граната и стал целовать, но во сне Бьянка не стала уклоняться от его поцелуев.

Доминго не знал, что за ним наблюдают. Стоя на коленях перед алтарем, он молился о ниспослании мужества, чтобы следовать жизненным путем, который ему предназначен. Доминго всегда считал, что его призвание – быть священником, но знал, что, даже последовав этому призванию, никогда не избавится от желания быть хозяином поместья, мужем и отцом семейства.

Нередко Доминго стоял в этой часовне на коленях и возносил хвалы Богу и святым, жаждая лишь одного – служить Церкви. Но потом вспоминал счастливое детство, сбор винограда, деревенские праздники, сады, за которыми он ухаживал, розы, цветущие круглый год, и знал, что никогда не будет счастлив вдали от поместья Каррамадино. Доминго хотел быть священником, оставаясь мужчиной.

Он всегда верил, что когда-нибудь женится на Исабелье. Она казалась ему очаровательной с того времени, когда он впервые увидел ее младенцем в колыбели.

Если Доминго станет священником, если он уйдет в монастырь, то его будет преследовать не только тоска по дому, но еще более жестокая тоска по Исабелье.

Доминго говорил с отцом о своих чувствах. По этой причине так долго не принимали окончательного решения насчет его брака. Отец и мать убеждали Доминго, что женитьба – его долг. У них всего два сына, и они надеялись, что по крайней мере будут иметь много внуков, но их семья никогда не отличалась плодовитостью. Родители хотели, чтобы хозяином дома и земель стал старший сын, чтобы он женился на девушке из благородного семейства де Арис. Об этом браке говорили, когда Исабелья была еще ребенком, и дон Алонсо не желал выдавать дочь за младшего сына.

Доминго позволил себя убедить, но его одолевали сомнения. Бывали дни, когда он думал о спокойной жизни в стенах монастыря, упорядоченной звоном колоколов, об одиночестве и погружении в молитвы. Однако его не покидали мысли и о жизни в родном доме, рядом с Исабельей, которая с тех пор, как ему дали понять, что она в один прекрасный день станет его женой, казалась ему хрупкой, легкоранимой и нуждающейся в заботе.

Порой, когда летнее солнце пригревало особенно жарко и вдалеке слышалось пение сборщиков винограда, Доминго думал о том, что в разгар веселья после наступления темноты работники – мужчины и женщины – будут заниматься любовью, лежа в вечерней прохладе, и ему хотелось быть таким же, как они. В такие дни он надевал под камзол власяницу и носил ее до вечера, несмотря на жару. Но хотя подобные меры приносили некоторое облегчение, они не могли полностью избавить его от искушений.

В часовне царили тишина и покой. И все же, молясь, Доминго чувствовал, будто за ним наблюдают. Он знал, что этого не может быть, – в такое время никто не приближался к часовне. Возможно, ему не давали покоя муки совести.

Был ли он рад, что сыновний долг заставил его избрать мирскую жизнь? Хотел ли он стать священником только потому, что знал об отсутствии у него той бесшабашной отваги, которой в избытке располагал его брат Бласко? Не был ли он похотлив, словно конюх, гоняющийся за податливой служанкой? Сомнения не давали ему покоя.

Доминго вновь ощутил на себе чей-то взгляд. Из-за этого ему не удавалось сосредоточить внимание на молитве.

– Пресвятая Богородица, – пробормотал он, – помоги мне познать себя. Помоги прожить жизнь, которую я избрал, исполняя свой долг так же ревностно, как я исполнял бы его в монашеской келье.

Доминго встал и окинул взглядом часовню. Что за глупости! Конечно, здесь никого нет.

Этим утром он понял, что боится будущего, – вот почему ему кажется, будто за ним наблюдают чьи-то насмешливые глаза.

Выбравшись из кустов граната, Бласко проклинал цыганку на чем свет стоит. Какого черта она убежала в самый неподходящий момент? Для чего еще существуют цыганки, кроме как для забав и развлечений? Он припомнил цыганку, которую знал четырнадцатилетним мальчиком, – высокую, полногрудую, с иссиня-черными волосами и блестящими глазами. Она посвятила его в те наслаждения, которые теперь были для него обычными, хотя и не менее желанными. Эта девушка чем-то напоминала ее. Не то чтобы они походили друг на друга внешне – обе были цыганками, и этим исчерпывалось их сходство. Но в девушке было что-то не позволяющее выбросить ее из головы.

Бласко засмеялся вслух.

Когда Доминго женится, девушка поселится в их доме, так как она служанка Исабельи. У него появятся возможности, и он предчувствовал, что не останется без награды.

Только поэтому Бласко позволил девушке убежать.

Его мысли переключились на Исабелью. Прошло много лет с тех пор, как они виделись в последний раз. Бласко учился в университете в Саламанке, где пускался в любовные приключения вместе с другими студентами. По ночам он бродил по улицам, следуя моде, установленной наследником престола доном Карлосом,[15] хотя, в отличие от приключений принца, авантюры Бласко всегда оканчивались соблазнением не слишком протестующей жертвы. Дон Карлос выглядел монстром, а Бласко был одним из самых обаятельных юношей в университетском городе, и многие женщины бросали на него нежные взгляды.

Бласко не думал об Исабелье, пока не вернулся домой и не услышал разговоры о браке. Тогда он почувствовал себя задетым, вспоминая робкую темноволосую девочку, которую так любил в детстве, и которая теперь должна была стать его свояченицей.

Если бы родители сказали ему, что он должен жениться на Исабелье де Арис, Бласко с радостью поскакал бы к ней домой и стал бы разыгрывать влюбленного.

Но девушку предназначили его старшему брату.

Бедная Исабелья! Половина сердца Доминго всегда будет принадлежать святым.

Интересно, как сейчас выглядит Исабелья? Действительно ли она стала красавицей или же это всего лишь разговоры родителей, стремящихся возбудить желание жениться в сыне, который носится с идеей стать священником? Быть может, родители просто нахваливали свой товар, как продавцы халвы на рынке? «Самая сладкая и ароматная халва! Лучшей не найти ни в Аликанте, ни в Таррагоне!»

Было бы забавно съездить в дом де Арисов и убедиться во всем самому!

Да, но это, возможно, не соответствовало бы понятиям о хороших манерах. Должен ли будущий деверь посещать дом невесты брата до свадьбы?

Бласко усмехнулся собственным мыслям. Не хочется ли ему посетить дом Исабельи в надежде снова увидеть цыганку?

Он медленно побрел через сад, думая об Исабелье и цыганке – с легким сожалением о первой и с растущим желанием о второй.

В большой приемной колонны были украшены цветочными гирляндами – комнату наполнял аромат собранных утром роз.

Исабелья стояла рядом с родителями, встречая гостей. Сеньор и сеньора Каррамадино нежно ее обняли. Позади них стояли двое молодых людей. В более высоком из них, чьи глаза светились весельем, Исабелья узнала Бласко. Доминго выглядел суровым и неприступным – в нем отсутствовала свойственная его брату жизнерадостность, заражающая других.

– Мой сын Доминго должен многое сказать тебе, Исабелья, – промолвила сеньора Каррамадино.

Исабелья подняла взгляд на бледное лицо Доминго, который поцеловал ей руку.

– Да, – подтвердил он, – мы должны поговорить о многом, Исабелья. Но моему брату не терпится приветствовать тебя.

Теперь над ее рукой склонился Бласко – его улыбка пробуждала воспоминания.

– Ты совсем не изменилась, Исабелья, – сказал он.

– Ты тоже, Бласко.

В его лице было столько нежности, что Исабелья почти поверила, будто именно Бласко предназначен ей в мужья. Если бы это было так, она бы ощущала радость, а не страх.

Прибыли и другие гости, так как это было официальной помолвкой. Приехали все соседи, и даже некоторые придворные из Мадрида.

После банкета в большом зале должны были состояться танцы, разумеется, совсем не похожие на те, которые видела Исабелья, наблюдая за цыганами.

Доминго стоял рядом с ней, покуда она вместе с матерью принимала гостей.

Как грациозно Исабелья им кланялась! Как очаровательно она выглядела! Неудивительно, что глаза сеньора и сеньоры Каррамадино светились радостью, когда они наблюдали за будущей невесткой в ее богатом доме.

Доминго взял Исабелью за руку и повел в банкетный зал, они сели рядом справа от сеньора Каррамадино. Бласко поместился по другую сторону стола; Исабелья часто ощущала на себе его взгляд. Его глаза над кубком снова и снова встречались с глазами девушки – в них мелькали тоска и сожаление. Он словно говорил: «Помнишь, Исабелья, как мы в детстве обещали друг другу, что поженимся? Ах, если бы я был старшим сыном своего отца!»

– Ты счастлива, Исабелья? – шепнул ей Доминго. – Ты не боишься?

– Нет, Доминго.

– Я не внушаю тебе отвращения?

– Конечно, нет.

– Тебе нечего бояться, Исабелья. Мы будем добры друг к другу.

– Да, Доминго.

Исабелья не замечала, что ест. Она уставилась невидящими глазами на cochinillo[16] и другие блюда. Ей было известно, что повара два дня готовились к празднику, стараясь превзойти самих себя. Но она не могла оценить их усилий. Исабелья смотрела на рыбу, мясо, острые блюда, виноград и дыни, инжир и персики, не видя ничего, кроме Бласко и Доминго.

После обеда они перешли в большой зал для танцев. Музыканты уже сидели на возвышении. Дон Алонсо повел танцевать донью Тересу, сеньор Каррамадино – донью Марину, а Доминго – Исабелью. Двигаясь в такт величавой мелодии, Исабелья вспоминала неистовую пляску цыган и думала: «Почему Бьянка солгала мне?»

Позднее, танцуя с Бласко, Исабелья чувствовала, как дрожит ее рука в его пальцах. Он тоже ощущал это.

– Я совсем забыл, как ты красива, Исабелья, – сказал Бласко.

– Рада, что ты находишь меня такой, – отозвалась она.

– Но я всегда помнил о тебе, – продолжал он. – Ах, Исабелья, как бессмысленны обычаи нашей страны! Твоя семья собиралась породниться с моей, и из-за этого трое детей должны были перестать встречаться. Интересно, почему они препятствовали нашим встречам? Все было бы куда легче, если бы мы продолжали видеться все эти годы. Тогда ты смогла бы выйти замуж за человека, которого знала бы так же хорошо, как членов своей семьи, и которого любила бы по-настоящему. Хотя, возможно, наши родители поступили разумно. Они знали, что если бы мы продолжали встречаться, то и я и Доминго влюбились бы в тебя, а ты ведь не смогла бы выйти замуж за нас обоих.

Исабелья принимала все это всерьез. Она не знала, что так разговаривает молодежь в Саламанке, и что за этими словами нет ничего, кроме желания польстить и поддержать приятную беседу. «Моим женихом должен был стать Бласко, – танцуя, думала Исабелья. – Я любила его еще девочкой и только его могу любить, став женщиной».

Донья Тереса наблюдала за младшим сыном. Отлично его зная, она понимала, что ему не следует позволять часто видеться с Исабельей. Нужно поговорить об этом с Грегорио. Они не должны забывать, что их весьма привлекательный сын – завзятый волокита.

Внимание Бласко отвлеклось от Исабельи. Он заметил в окне чье-то лицо, и его сердце возбужденно забилось. Цыганка любит заглядывать в окна. Наверняка она прячется в теплом душистом саду…

Им вновь овладело желание. Бласко вспомнил блеск глаз девушки, смуглую босую ногу, которую он ухватил, когда она пыталась лягнуть его, прикосновение к ее телу в кустах граната… Продолжая разговаривать с Исабельей, Бласко думал о цыганке.

Музыка смолкла, и он отвел Исабелью к ее родителям.

– Вижу, что Доминго не терпится станцевать с Исабельей куранту, – заметила донья Тереса.

Доминго неловко взял Исабелью за руку.

Музыка заиграла снова, и они двинулись в центр зала, остальные держались позади.

Бласко скользнул за колонну и остался в тени.

– Боюсь, что по сравнению с братом я скверный танцор, – сказал Доминго.

– Ты танцуешь очень хорошо, – рассеянно возразила Исабелья.

– Бласко научился танцевать в Саламанке. Отец говорит, что к таким занятиям у него куда больше склонности, чем к книгам, хотя, по мнению отца, это поможет ему добиться успеха при дворе.

– Бласко собирается ко двору?

– Отец думает, что для него там найдется место. Он уже говорил о Бласко с Рюи Гомесом де Сильвой, а многие, как тебе известно, считают, что Рюи Гомес – главный советчик короля, так как Филипп очень странный человек. Говорят, он чувствует себя счастливее на молитве в Эскориале,[17] чем со своими придворными. По-твоему, это возможно?

– Я тоже об этом слышала.

– Быть может, Филипп часто сожалеет, что не родился сыном простолюдина и не стал священником, – продолжал Доминго. – Такая проблема возникает не только у королей.

– Очевидно, – согласилась Исабелья.

– Но Филипп мужественно смотрит ей в лицо. Должно быть, он часто тоскует по уединению Эскориала, но никогда не пренебрегает своим долгом. Долг превыше желания, не так ли, Исабелья? А когда человек знает, в чем состоит его долг, он может создать себе хорошую жизнь.

– О да, Доминго, – кивнула Исабелья. – Я уверена, что ты прав.

Она огляделась в поисках Бласко, но его нигде не было видно.

Должно быть, цыганка ждет его, но не видела, как он вышел. Бласко знал, где ее искать. Она наверняка влезла на стену, чтобы заглянуть в окно. Ему следует подкрасться сзади и стащить ее вниз.

Все оказалось именно так. Бласко разглядел на каменном выступе босые ноги девушки и подошел к ней. Она ничего не услышала из-за наполнявших патио звуков музыки.

Бласко схватил Бьянку, она взвизгнула, но он стянул ее со стены и зажал ладонью рот.

– Тебе незачем оглядываться, – сказал он. – Тот, кого ты ищешь, рядом с тобой.

Бьянка вонзила зубы ему в руку, и Бласко поспешно убрал ладонь от ее рта. Она пыталась вырваться, но он крепко прижимал ее к стене.

– Цыганская ведьма! – воскликнул Бласко. – Придется научить тебя не кусать господ.

– Я кусаю, кого хочу, а господ у меня нет.

Бласко взял ее за подбородок.

– Тебя нужно многому научить, моя маленькая gitana.

– Пустите меня, иначе я закричу, и все узнают, что вы здесь со мной.

– Кричи! Я скажу им, что поймал нищенку, которая влезла на стену, чтобы украсть драгоценности.

– Вы не посмеете.

– Еще как посмею. Как бьется твое сердце! – Бласко запустил руку девушке за корсаж.

Бьянка ударила его ногой, но она испытывала приятное возбуждение и не собиралась убегать.

– Пустите меня, – повторила Бьянка, но Бласко почувствовал, что ее сопротивление слабеет.

«Это случится скорее, чем я ожидал, – подумал он. – Почему бы не сегодня вечером?»

Наклонившись, он поцеловал ее в губы.

– Что вам нужно? – осведомилась Бьянка. – Почему вы не танцуете с дамами?

– Зачем тратить время на вопросы, когда ты знаешь ответ? Я здесь потому, что мне больше нравится целовать податливых цыганских девчонок, чем танцевать с дамами.

– Податливых?!

– Вот именно. – И Бласко поднял ее на руки.

– Куда вы меня несете?

– В какой-нибудь подходящий гранатовый куст.

– А если господа узнают?

– Что из того? Сеньоры пожмут плечами, а дамы улыбнутся, прикрываясь веером. «Он так любит хорошеньких девушек, – скажут они, – что не обходит вниманием и цыганок, тем более что цыганки податливы…»

– Вы лжете!

– Вот как? Значит, ты намерена сопротивляться?

– Я вас не боюсь!

– Разумеется. Совсем наоборот.

– Я расскажу хозяйке, как вы обошлись со мной!

– Не сомневаюсь, что твой рассказ будет презабавным.

Не выпуская девушку, Бласко решительно зашагал в сторону от дома.

– Я позову на помощь! Вы хотите, чтобы нас застали в таком виде?

– Не хочу – ради тебя. Почему же ты не зовешь?

– Если я позову, мне не поверят. Они поверят вам, что я пыталась украсть драгоценности. Многие в этом доме готовы поверить самому худшему о бедной цыганской девушке.

– Ты не только красива, но и разумна.

– Не надейтесь смягчить меня ласковыми словами.

– Ты любишь ласковые слова и полюбишь меня. Покажи мне место, где мы можем наслаждаться уединением. Я не был в этом доме несколько лет, и тут, несомненно, многое изменилось.

– Поставьте меня на землю.

– Тогда ты отведешь меня?

Бьянка кивнула, и Бласко поставил ее на ноги. Она рванулась в сторону, но он тут же ухватил ее за юбку. Послышался треск рвущейся ткани, но Бласко подхватил девушку под мышку и понес ее через ворота в сад.

– Вот видишь, – сказал он. – Тебе нельзя доверять.

Бласко опустил цыганку на землю возле растущих у стены кустов акации и лег рядом с ней. От одуряющего аромата цветов у Бьянки кружилась голова. Бласко возбуждал в ней такое же страстное желание, какое испытывал сам. Она достаточно разбиралась в таких вещах, чтобы понимать всю бесполезность пытаться скрыть свои чувства. Он снова поцеловал ее и прошептал:

– Ты не сказала мне свое имя, цыганочка.

– Бьянка, – ответила девушка.

– Бьянка, – повторил Бласко. – Мы должны встречаться почаще, Бьянка. С прошлой встречи я не переставал думать о тебе. И по дороге сюда я все время мечтал увидеть свою маленькую цыганочку.

– Неправда, – сказала Бьянка.

– После свадьбы ты будешь жить в доме моего отца. Меня это устраивает.

Голос Бласко ласково звучал в ушах у Бьянки. Ради этого она сопротивлялась Перо, покинула свой народ, рассталась со свободной кочевой жизнью.

Издали до нее доносилась музыка, и звезды мерцали прямо над головой.

Теперь ее не заботило ни прошлое, ни будущее – она чувствовала, что вся ее жизнь вела к этому моменту.

– Бьянка… Бьянка… – шептал Бласко ее имя.

Она обняла его за шею и услышала в темноте его полный нежности и торжествующий смех.

Бьянка помогала Исабелье лечь в постель. Мантилья уже лежала на табурете, и Бьянка расстегивала на шее у хозяйки рубиновое ожерелье. Исабелья почти все время молчала.

«Она печальна, – думала Бьянка, – потому что выходит замуж за Доминго, а не за его брата».

Бьянке казалось, будто она все еще находится в темном душистом саду. Она по-прежнему видела над головой звезды и удивлялась, что никогда прежде не замечала красоту неба. Бьянка словно заново родилась – она ощущала, что вместе с одним чувством в ней пробудились и все остальные.

– Банкет был чудесный, – сказала она. Исабелья не должна знать, что произошло между ней и Бласко, а ее молчание могло вызвать подозрение – хозяйка всегда посмеивалась над тем, что Бьянка рта не закрывает. – Вы счастливы, что выходите замуж за дона Доминго?

– Я уверена, Бьянка, что он хороший человек.

– Очень хороший, – твердо заявила Бьянка.

– Хотя Доминго кажется суровым, но я не думаю, что он таков на самом деле.

– Конечно, нет, с вами он будет добрым и ласковым.

Бьянка вспоминала свой разговор с Бласко. «Ты спишь вместе со слугами?» – спросил он. «Нет, – ответила она. – Они не захотели бы спать рядом с цыганкой». – «Вот как? – рассмеялся он. – Бьюсь об заклад, многие из них отдали бы десять лет жизни, чтобы сделать это». – «Слуги спят в большой комнате возле холла, – сказала ему Бьянка. – Женщины – с одной стороны, мужчины – с другой. А я сплю в маленькой комнатке рядом со спальней доньи Исабельи». – «Ночью, когда все уснут, – предложил Бласко, – приходи ко мне в комнату, и мы будем вместе до рассвета». – «Я не осмелюсь». – «Ты осмелишься на все, что угодно». – «А если об этом узнают?» – «Никогда не думай о таких вещах, пока этого не произошло. Получай удовольствие, а расходы подсчитывай, когда с тебя потребуют плату». – «Вы всегда так поступаете?» – «Всегда». – «Но я не могу…» – «Значит, ты хочешь заставить меня прийти к тебе?» – «Вы не придете». – «Не приду? Посмотрим. Хотя лучше, чтобы ты пришла ко мне». – «Не могу», – упорствовала Бьянка. Но она знала, что сможет.

Исабелья посмотрела на нее:

– Что с тобой происходит, Бьянка?

– Со мной? Ничего.

– Ты просто стоишь и смотришь на меня.

– О, это потому, что вы такая счастливая. Дон Доминго будет лучшим мужем в мире. Так говорят карты.

– Ох уж эти карты! Я уверена, что ты заставляешь их говорить то, что тебе нужно.

– А вы любите дона Доминго?

– Разве любовь приходит так быстро?

Бьянка промолчала. Дикая, всепоглощающая страсть овладела ею моментально, но возможно, это бывает только с такими людьми, как она и Бласко, а не с такими, как ее хозяйка.

Исабелья наблюдала за ней, удивленная ее задумчивостью.

– Любовь может приходить очень быстро, – сказала Бьянка, – но обычно длится дольше та любовь, которая проходит медленно.

Исабелья легла в постель, продолжая смотреть на стоящую рядом цыганку.

– Когда я выйду замуж, Бьянка, – промолвила она, – ты останешься со мной. Я нуждаюсь в тебе, потому что в некоторых отношениях ты очень разумна.

– Погасить свечи? – спросила Бьянка.

– Да, пожалуйста.

– Тогда я пойду лягу. Нынче вечером я очень устала.

– Доброй ночи, Бьянка.

– Доброй ночи, донья Исабелья.

Бьянка вышла в соседнюю комнатушку. Некоторое время она сидела глядя на оплывшую свечу, потом разделась и облачилась в халат, принадлежащий Исабелье, зная, что ее черные волосы на фоне ткани цвета слоновой кости выглядят очень красиво.

Бьянка радовалась, что вторая дверь из ее комнаты ведет в коридор, – через комнату Исабельи было бы нелегко проскользнуть незаметно. А что, если хозяйка ночью отправится ее искать? Как говорил Бласко: «Получай удовольствие, а о плате думай, когда ее потребуют». Она улыбнулась, зная, что этой ночью ничто ее не удержит от близости с Бласко.

Бьянка открыла дверь и выглянула наружу. Увидев, что все спокойно, она осторожно двинулась по коридору, поднялась по лестнице и через несколько минут уже отворяла дверь комнаты Бласко.

Он заключил ее в объятия и страстно поцеловал, восхищаясь ею сначала в бархатном халате Исабельи, потом без него.

– Тебя долго не было, – сказал Бласко. – Я уже собирался идти к тебе.

С этого момента Бьянку не заботило, что их могут обнаружить. Она была готова принять философию Бласко как свою собственную и вообще подражать ему во всем.

Главное – получать удовольствие. Впрочем, иного Бьянке и не оставалось, так как рядом с Бласко весь мир состоял из удовольствий, а о последствиях она не думала. Платить нужно, когда с тебя потребуют плату.

Через четыре недели должна была состояться свадьба, но в замке Каррамадино царило беспокойство.

Дон Грегорио и донья Тереса много раз говорили тайком о свадьбе и их младшем сыне Бласко.

– Он часто ездит верхом в сторону Хереса, – сказала Тереса мужу. – Я велела слугам проследить за ним. Бласко семь раз не ночевал дома. Я хорошо его знаю – он строит какие-то планы.

– Не думаешь же ты, что он собирается отбить у брата невесту!

– Бласко способен на любое безрассудство. Он таков с детства. Ему необходимо возбуждение, он всегда должен находиться в гуще заговоров и интриг. Ты воспитывал из него придворного, Грегорио, и он им стал. Если бы Исабелью предназначили в жены ему, она не казалась бы для него такой желанной, как теперь. Он уезжает из дому, чтобы увидеть ее.

– А как же Доминго?

– Доминго – другое дело. Он наполовину священник. Если бы мы не вмешались, он стал бы им целиком и полностью, и вопрос о его браке отпал бы сам собой. Если бы Доминго догадался о замыслах Бласко, он бы безропотно уступил ему место. Нет! Доминго должен жениться на Исабелье, а Бласко нужно подыскать другое занятие.

– А ты не думаешь, что если Доминго хочет стать священником, а Бласко – жениться на Исабелье, то лучше позволить им идти своим путем?

– Нет. Доминго должен стать хозяином поместья. После свадьбы он перестанет думать о служении Церкви. Когда Исабелья родит ему первенца, он весь отдастся радостям отцовства. Поместью будет куда больше пользы от Доминго, чем от его брата. Вспомни своего прадеда.

Дон Грегорио помнил. То, что по соседству было множество детей, в чьих жилах текла кровь Каррамадино, было следствием образа жизни его прадеда, по стопам которого шел Бласко. Для того чтобы в деревне царил покой, на роль помещика куда больше подходил Доминго.

– Придется принять меры, – сказал дон Грегорио. – На этой неделе Рюи Гомес пришлет ко мне одного из своих людей с предложением места для Бласко в Мадриде. Лучше, чтобы он занял его до свадьбы.

– Пожалуй.

– Думаю, это можно устроить.

Спустя несколько дней сеньор Диего де Кос прибыл в Каррамадино и имел долгую секретную беседу с доном Грегорио. В результате отец вызвал к себе Бласко и сообщил, что сеньор де Кос забирает его с собой в Мадрид.

Бласко, который еще совсем недавно с восторгом отнесся бы к поездке в Мадрид, сейчас не хотел покидать дом.

Сперва он рассчитывал всего лишь на мимолетную интрижку с Бьянкой, но теперь чувствовал, что не может с ней расстаться. Бласко искал любой предлог, чтобы отправиться в дом в нескольких милях к югу от Хереса; он знал, что его действия вызывают пересуды, но был не в силах не видеться с Бьянкой. У них было много полных страсти свиданий. Иногда Бласко останавливался в таверне неподалеку от дома, переодетый торговцем, и платил хозяину за то, чтобы он впускал к нему даму в длинном плаще с капюшоном. Хозяин за деньги был готов на все, а так как Бласко пригрозил отрезать ему нос и вырвать язык, если о его пребывании в таверне станет известно, эти визиты были не слишком рискованными, хотя Бьянке приходилось покидать дом поздно ночью и возвращаться рано утром. К счастью, цыганке было не занимать изобретательности. Она оказалась превосходной любовницей, и Бласко думалось, что он будет удовлетворен ею до конца дней. Поэтому вызов в Мадрид был для него крайне нежелательным. Сначала ему пришло в голову взять Бьянку с собой. Но король серьезно относился к традициям и едва ли одобрил бы появление Бласко при дворе с любовницей-цыганкой.

– Ты должен быть готов к отъезду через несколько дней, – предупредил отец.

– Я не могу приготовиться так скоро, – возразил Бласко. – Мне нужно больше времени. Пусть это произойдет после свадьбы.

– Это приказ короля, – сказал де Кос.

Позднее, когда они вышли в сад подальше от любопытных взглядов, де Кос пустился в объяснения:

– У короля много врагов; они угрожают его великой империи. Но самые страшные из них – еретики.

– Верно, – согласился Бласко.

– Особенно его беспокоит страна, которой правит незаконнорожденная рыжая еретичка.[18]

– Я знаю, о ком вы говорите, – кивнул Бласко.

– У короля много планов. Возможно, он захочет отправить вас за границу.

– Я бы желал этого всем сердцем! – воскликнул Бласко.

Он подумал, что ему будет легче оставить при себе Бьянку, не задерживаясь при мрачном и чопорном мадридском дворе.

– Англичане бросают вызов нашему господству на морях, – продолжал де Кос. – Этот негодяй Хокинс[19] набирает рабов в Западной Африке, перевозит их в Вест-Индию и продает там нашим поселенцам, получая баснословные прибыли. Конечно, это можно было бы назвать законными предприятиями, но Хокинс к тому же настоящий пират. Он бороздит моря со своими головорезами, подстерегает наши суда, везущие в Испанию сокровища, захватывает их и передает рыжей еретичке. А она заявляет нашему послу, что ее это не касается, не делая при этом большого секрета из того, что награждает своих пиратов и с удовольствием прибирает к рукам львиную долю их добычи.

– Значит, его величество пошлет меня в Англию?

– Не знаю. Он ненавидит англичан. Но клянусь всеми святыми, настанет день, когда мы растопчем их в прах. Мы будем ломать этим еретикам кости, пока они не запросят пощады и не согласятся принять блага истинной веры.

– Аминь, – сказал Бласко. – Но не мог бы я задержаться здесь ненадолго? Ведь брат женится не каждый день.

– Король не потерпит никаких задержек. Вам известно о последних «подвигах» этих грабителей? Хокинс и его молодой племянник Дрейк[20] не единственные наши враги. Вся Англия насмехается над нами. Еретичка конфисковала деньги, которые генуэзские банкиры послали Альбе,[21] чтобы заплатить нашим войскам во Фландрии. Король возмущен. Он собирается положить конец этим выходкам и показать англичанам все могущество Испании. Так что, друг мой, готовьтесь к отъезду. Задержка на службе королю бывает опасна. Бласко понял, что ему придется ехать.

В маленькой спальне таверны, где Бласко не мог вы прямиться, чтобы не удариться головой о потолок, он рассказал обо всем Бьянке.

– Не думай, что мы не встретимся снова. Я должен ехать в Мадрид, но потом пошлю за тобой, и ты приедешь ко мне. Думаю, мы отправимся за море – возможно, в Англию.

– Ты клянешься, что пошлешь за мной?

– Пошлю, и ты приедешь ко мне.

– Ради этого я готова бросить все.

– Обещаю, что тебе не придется долго ждать.

– Надеюсь, ведь я не могу жить без тебя!

– Клянусь тебе, Бьянка, что у меня никогда не было такой девушки, как ты.

– Но у тебя их было так много!

– Поэтому я и уверен в своих словах.

– Только пошли за мной, – сказала Бьянка, – и я приеду, где бы я ни была.

Бласко покинул Севилью за три дня до свадьбы.

Он задержался, насколько мог, и, проведя последнюю ночь с любовницей-цыганкой, рано утром, прежде чем солнце начало припекать, выехал на север, в сторону Мадрида.

В столице Бласко приняли с уважением и, прежде чем он провел в городе сутки, вызвали в Эскориал к королю.

Это превзошло все ожидания Бласко. Он стремился занять место при дворе, но после встречи с Бьянкой стал к этому равнодушен. Однако вызов к королю заставил его выбросить из головы даже тоску по Бьянке, – с непривычной для него нервозностью он думал, что это может означать.

Не теряя времени, Бласко прискакал в огромный дворец-монастырь, мрачно вырисовывающийся на фоне Сьерра-де-Гуадаррамы. Он испытывал дурные предчувствия, проходя через ворота к величавому зданию, в котором король Филипп проводил большую часть жизни.

– «Почему этот таинственный, надменный и безжалостный человек, преданный долгу религиозный фанатик послал за мной?» – думал Бласко.

Он начал рыться в памяти в поисках проступка, который мог показаться коронованному аскету страшным преступлением. Позднее он узнал, что многие испытывали подобные чувства перед аудиенцией у Филиппа Испанского в одном из его дворцов в Мадриде и Вальядолиде или самом Эскориале.

Бласко вели по длинным коридорам, вызывающим у него клаустрофобию не столько из-за низких сводчатых потолков, сколько из-за его душевного состояния; вели мимо стражников, стоящих неподвижно, словно деревянные статуи, мимо безмолвных пажей, которые выглядели так, будто считали грехом улыбаться или разговаривать в подобном месте. Пройдя через несколько просторных комнат, украшенных изделиями из сарагосской бронзы и с полами, вымощенными белым и черным мрамором, он оказался в библиотеке, где за столом сидел сам король.

Филипп был маленьким человечком со светло-голубыми глазами и настолько светлыми волосами, что Бласко не мог разобрать, седые они или нет. Он шагнул вперед и опустился на колени. Голосом, лишенным каких-либо эмоций, Филипп велел ему встать и взмахом руки дал понять остальным присутствующи

Философия геополитики Казахстана в XXI веке: Тюркский проект. Часть 2. Логика возвращения в родные пенаты

Как известно, в XVI-XVIII веках Русское государство, а затем Российская империя практически силой включила в свой состав большинство земель бывшей Золотой Орды, на которых испокон веков жили тюрки и существовали тюркские государства. И с тех пор, за исключением Османской империи, ставшей в ХХ веке Турецкой Республикой, в отношении тюрков, в том числе и во времена СССР, проводилась политика дезинтеграции и ассимиляции…

 

Надо ли говорить, что отсутствие у завоевателей-пришельцев желания видеть и объективно признавать жизнедеятельность автохтонных этносов Сибири и Центральной Азии диктовалось алчностью и прагматизмом набирающих силу имперских настроений царской, а позже и большевистской России. И вся логика новоявленных колонизаторов сводилась к тому, чтобы не признавать или полностью отрицать культурно-историческое и цивилизационное значение тюркских этносов, основы их бытования и жизнедеятельности. Кочевое и полукочевое скотоводство как оптимальные формы их хозяйственной деятельности, хозяйственно-культурный тип, духовная культура, социальная структура, основанная на кровно-родственных отношениях, кочевая народная этика, изобразительное искусство и фольклор – все было подвержено ниспровержению. А там, где это было невозможно, апологеты имперскости старались реструктурировать, видоизменить или полностью заменить культурные коды, превратив Казакбая в Колю, а Маржан в Машу. Это сегодня казахи Республики Алтай, проживающие в ауле Турата Усть-Канского района, обращенные в середине XIX века в православие и после революции, как только влияние православной церкви ослабло, «отпавшие» обратно в ислам, взялись заново возрождать свои национальные традиции и культуру.

Так, такая центральная территория Золотой Орды как территория современного Казахстана была разделена на 4 административных округа, казахов стали именовать киргиз-кайсаками, а всех тюрков – «монголо-татарами». Это все равно, что Московское княжество обособить, назвав его жителей «москалями», как это делают в Западной Украине, а остальных русских назвать «смоляно-орловцами» или «сочи-питерцами». Смешно, правда? Но на самом деле для тюрков это было ужасное время – время эпохи скорби, когда их под предлогом приобщения к оседлости, передовой цивилизации и культуре сгоняли с родовых земель, обрекая на вымирание. Практически со всей Сибири были согнаны непокорные тюрки, что сегодня выражено в цифрах этнического состава населения, а тех, кого удалось крестить, нарекли по географическим и иным основаниям, придав им определение «русские».

Поскольку территория Казахстана находится практически одинаково далеко от всех океанов и представляет собой на 58% пустыни и полупустыни, а на 10% горы, обдуваемая ветрами с запада и севера, его климат характеризуется резкой континентальностью и чрезвычайно неравномерным распределением природных осадков. Только для автохтонов-тюрков данная территория является естественно пригодной для жизни посредством кочевого и полукочевого скотоводства, другие же этносы практически не приспособлены к жизни на открытой местности в таких суровых климатических условиях.

Сегодня же, когда жизнь в данных природных условиях можно организовать иначе, оседло и в агломерациях, для сохранения национальной идентичности и культуры очень остро ощущается необходимость сберечь дух кочевой цивилизации, ее глубинные тенгрианские мировоззренческие основания, включающие единые для всех тюркских народов модели культуры номадов. Города, как и вся государственность должны стать убежищем традиций и культурных навыков, ценностей и идеалов кочевой, вернее, номадической культуры и философии тюрков. Они в качестве духовных скрепов и генетических кодов позволят в силу глубокой генеалогической структуры родства и, следовательно, большей почвенности и укорененности традиционной культуры тюрков сохранить и рассыпающееся культурное поле остальных этносов России, включая, конечно, и русский этнос. Ведь, по мнению россиянки Александры Гармажаповой, «расизм в России приобретает абсурдные формы. Так преследования мигрантов в стране начались после конфликта на Матвеевском рынке, все участники которого были гражданами России (дагестанцами). И сама декларируемая в ходе опросов идея приоритета русской нации среди прочих, поддержанная участниками социологических опросов, вызывает недоумение. Я как бурятка, могу тогда сказать: давайте разбегаться по национальным квартирам, разрушать империю. Вы этого хотите? 41% наших граждан поддерживают лозунг «Россия для русских». Что с нерусскими делать? Давайте так: мне бурятское гражданство, а вам – в Костроме. Давайте разделяться. Это будет честно, если вы хотите жить отдельно. Нет, (говорят они), мы хотим, чтобы национальные республики были губернии, где руководить будут русские, а вы будете им прислуживать и пахать на полях» . Мухтар Тайжан, комментируя данное мнение, заявляет: «По мнению самих российских ученых, ксенофобия в России вполне может привести к дезинтеграции федерации. Спасение Путин видит в собирании постсоветских земель, внешней экспансии. Вот почему постсоветская интеграция так важна для Москвы. Но крушение любой империи – закономерный исторический, демографический процесс. И нам надо держаться от него подальше, чтобы не задело обломками» .

Между тем, исторический и нравственный долг тюрков, перенесших в XVI-XX веках неисчислимое количество потерь, заключается не в избегании трудностей разрушения имперской структуры, когда «достанется всем», поскольку данную структуру разрушать необходимо, не в ожидании предстоящего разрушения и дезинтеграции России по этническому принципу, когда ничего уже невозможно будет изменить и ни о чем нельзя будет договориться, поскольку будут затронуты самые чувствительные национальные интересы и будет разрушено межнациональное доверие и останется только быстро и желательно без больших потерь разбежаться по национальным квартирам. Исторический и нравственный долг тюрков заключается в качественном изменении этой структуры в целях коренной перестройки сегодняшней, разрушающей сами основания федерации, внутренней национальной политики, основанной на принципах исключительности и патернализма русского этноса над другими этносами, на новые для России принципы подлинной федеративности, заключающиеся в серьезном и ответственном противостоянии шовинистическим и ксенофобским устремлениям определенной части российской русской политической элиты, внедрении механизмов устранения их из практики государственной политики посредством возрождения не только тюркского культурного, а затем и этно-политического единства, но и этно-политического единства всех других этносов, проживающих на территории федерации.

Поскольку тюркский фактор для России в ближайшие десятилетия будет показательным, например, в сопоставлении с республиками Северного Кавказа, и определяющим как с точки зрения цивилизационной активности и адаптивности, так и с точки зрения конкурентоспособности, то и значение признания его растущей локомотивной роли в государственном и национальном строительстве России должно быть объективно оценено в пересмотренном заново федеративном договоре, в том числе в договорах тюркских государств-субъектов федерации с федеративным центром или федеральными органами власти о разграничении предметов ведения и полномочий внутри федерации. В последних должно быть четко определено право тюркских (да и других) этносов России, на культурно-цивилизационное, административное и социально-экономическое самоопределение наций, включающее свободный выбор графики национального алфавита (кириллица/латиница), моделей экономической (рыночная/планомерная/смешанная), социальной (либеральная/социальная демократия) и правовой систем (англосаксонское («островное»))/романо-германское («континентальное») право). Естественно, в соответствии с новым федеративным договором должна быть пересмотрена и Конституция Российской Федерации.

Подлинное же и полное возвращение тюрков на родные территории и просторы Сибири, в первую очередь будет связано с восстановлением их численности, количественным разрастанием этносов, лишенных во времена «Малого Октября» самой возможности существования, поскольку переход кочевников к оседлости производился колонизаторами не просто силовым способом, когда людей насильно заставляют покидать родные места и переселяться в более худшие с точки зрения их привычного кочевого образа жизни природные условия. Стандартное для оседлого общества жилье (деревянные и каменные дома) в поселках, деревнях и городах тогда было недоступно, а в землянках кочевники нормально жить так и не научились, вымирая от туберкулеза и сырости. Это было похоже на насильственное изгнание с родных мест, на то, как при депортации и переселении неблагонадежных народов на новые места, когда людей привозили в степь и бросали на произвол судьбы. Иными словами, это было фактическое уничтожение народа — этноцид, сопровождающийся изгнанием с земли и экспроприацией всей собственности (скота), повлекшей голодомор 20-30 годов ХХ века, а также, истреблением всего цвета нации – самых передовых ее представителей, элиты.

Во вторую очередь, возвращение тюрков связано с возрождением и укреплением традиционной социальной структуры. В этом смысле, органичность и целостность тюркской культуры и цивилизации, сохраняющаяся в традиции разрастания и укоренения родовой структуры, ризомы (по выражению Ж.Делеза и Ф.Гваттари), является определяющим фактором формирования и развития форм государственности на всем евразийском пространстве. И как таковая, она должна мощно подпитываться внутренними центростремительными актами, действиями и проектами расширяющейся и разрастающейся тюркской ойкумены, ее интеграции, в том числе и, наверное, прежде всего на территории независимых тюркских государств, на территории современных тюркских национальных автономий Российской Федерации, которая является основной крупнейшей территорией расселения тюрков, и на территории тюркских национальных автономий в Украине (Автономная Республика Крым – 12%), Молдавии (Гагаузия – 82%) и Узбекистане (Республика Каракалпакстан – 94%).

В-третьих, многим кажущаяся неорганизованной и стихийной, трудовая миграция из региона ЦА, захлестнувшая российские города, руководство которых было к этому не готово и сегодня борется с нею силами не только полицейских, но и войсковых и, даже, МЧСовских подразделений, на самом деле, вполне организована и планомерна с точки зрения исторической тенденции периодического переселения, вернее, кочевания тюркских родов и этносов на собственные «трудодефицитные» территории, возникающие вследствие падения/возрастания возможностей природной среды обеспечить определенный уровень проживания этноса. Обеспечивающая в былые времена сохранение кочевого скотоводства на определенном уровне, т.е., в условиях флуктуации или периодического изменения условий среды обитания для кочевников, миграция была самым гармоничным способом существования людей и животных. Примерно по такому сценарию сегодня перемещаются трудовые ресурсы из южной Европы в северную, формируя европейский рынок труда с моделями поиска его оптимального (гармоничного) значения , поскольку безработица в Испании, Греции, Португалии и Италии подталкивает безработных искать работу на севере единой Европы, прежде всего в благополучной Германии. В США же, вообще начали процесс по легализации мигрантов, поскольку это позволит в течение 10 лет увеличить ВВП страны на 1.4 триллиона долларов. В США высокая конкуренция на трудовом рынке достигается именно высокими уровнем трудовой миграции, благодаря чему американская экономика в целом сохраняет статус высокоэффективной и конкурентоспособной.

В этих условиях, Россия не может и не должна не учитывать действие данных факторов, в том числе, и как исторических традиций возвращения тюрков на свои исконные земли вследствие возобновления/появления там главного условия для жизни этноса – работы. Поскольку, в этом смысле исторические притязания тюрков вполне оправданны. Тем более, что именно российские власти в силу их постоянных имперских амбиций в истории сами поощряли миграцию как способ социальной ассимиляции или социализации подданных разных национальностей.

Другое дело, Россия, испытывая настоятельную потребность в трудовых мигрантах, в современных условиях сама не в состоянии удовлетворить экономические и социальные права мигрантов, поскольку она не может организовать по настоящему федеративный (межнациональный и межсубъектный) рынок труда на основе современных мировых стандартов путем межгосударственного сотрудничества (как это делают европейские государства в Европейском Союзе), относясь с явным недоверием к своим возможным партнерам и подозревая их в недобросовестном, с точки зрения бывшей метрополии, зараженной великодержавным шовинизмом, партнерстве. Желая оставаться федерацией, Россия так и не выработала никакого иного, помимо господствующего командно-административного (силового) способа достижения межнационального федеративного консенсуса, и не имеет полноценно развивающихся механизмов налаживания равноправного (демократического) сотрудничества и партнерства внутри страны. Ведь взаимодействие регионов и государственных структур также проходит под влиянием лишь политических импульсов центра.

Пропуская мигрантов по разным мотивам, включая, прежде всего, коррупционные, российские власти, сами того не ведая, уже упустили ситуацию из под контроля: огромное число гастарбайтеров, исчисляемое миллионами (3,5 млн. человек, по данными Федеральной миграционной службы, из которых 1,7 млн. человек трудятся неофициально), тюрков, в частности, уже стало российскими гражданами, постоянно открывающими и расширяющими миграционный путь своим родственникам и бывшим соотечественникам, ищущим работу. Поэтому, как бы рьяно не брались сегодняшние российские власти за выдворение нелегалов, они практически не смогут остановить действие данной исторической тенденции – традицию, отчасти сознательной, отчасти бессознательной миграции тюрков вслед за работой, стабильно изменяющей демографическую ситуацию, поскольку ни в историческом аспекте, ни в содержательном (экономическом) плане современная Россия обойтись без тюрков, в том числе как трудовых мигрантов, как бы ее политические элиты этого ни хотели, не сможет. Для того, чтобы поддерживать постоянный экономический рост, обеспечивающий социальную стабильность общества, и рост благосостояния населения, Россия, как известно, до 2050 года должна принять как минимум 20 миллионов человек, определенное количество которых, естественно, будет тюрками. Это, в частности, покроет и большую часть естественной убыли населения в РФ.

Поэтому, представляя собой суперэтническую целостность, несмотря на возникающие порой непонимание и разобщенность элит и их представлений о будущем тюркской цивилизации, границах и т.д., тюркский проект в XXI веке будет определяющим как в целом для России, так и в частности для всей Восточной Сибири и Забайкалья, вплоть до Камчатки. Поскольку наблюдается устойчивое сокращение славянского населения на территории России восточнее уральских гор даже при достижении положительного естественного прироста, то это, как отметил В.Путин на совещании по социально-экономическому развитию Сахалинской области 16 июля 2013 года, связано с тем, что планы и проекты, принятые для реализации в ДФО не выполняются на 80%. Усилия центральных властей нивелируются на местах созданной ими же структурой управления: «властная вертикаль» на определенном удалении от Москвы, т.е., в узком смысле — «за пределами МКАД», а в широком смысле в исторических границах Московского княжества, как говорят россияне, теряет свою функциональную силу, приобретает вид «властной горизонтали» местных правителей (губернаторов и их наместников на местах), стремящихся к достижению собственных сугубо меркантильных интересов и целей. Президент В.Путин, подразумевая это, выход из сложившейся ситуации видит в подъеме экономики, не понимая того, что не в экономике дело, ведь, даже в самой Москве с ее высоким уровнем жизни сами москвичи не хотят, а скорее, не могут работать в условиях сохраняющегося по сути феодального социально-политического строя, оставшегося в наследство от «совка» и неспособного модернизироваться на новых, в том числе, право-либеральных принципах и основаниях. Мигранты же в силу укорененности в традициях восточного общества, основанного на семейных, кровно-родовых ценностях, призывающих ради семьи трудиться в любых обстоятельствах, способны трудиться и в старых условиях «совка», и в условиях российского «постсовка», не говоря уже об условиях полноценной рыночной экономики, имеющейся в развитых странах Запада. Ведь тюрки проживают не только в Китае и на Ближнем Востоке, но и в государствах Америки и Западной Европы.

К тому же, для России в силу ее отставания в социальном развитии характерен высокий уровень скрытой безработицы – работа в организациях с заведомо низким уровнем оплаты труда, но обеспечивающим занятость и не предъявляющими больших требований к квалификации сотрудников . Это также будет поощрять как открытую, так и скрытую миграцию.

В этих условиях, с одной стороны, консолидация тюркских этносов в Сибири будет зависеть от увеличивающегося год от года миграционного давления со стороны Казахстана и его братьев-соседей Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана, Туркменистана (в незначительной мере) совокупное население которых к 2025 году может превысить 85 миллионов человек, а к 2050 году достичь 100 миллионов. А вообще совокупное тюркское население Евразии к 2050 году может составить и все 250 миллионов человек. Для такой демографической тенденции будет характерно усиление колоссальных миграционных потоков в основном в Россию, поскольку Казахстан сам внутренне имеет высокие темпы прироста населения, стремительно изменяющего демографическую ситуацию в пользу казахского этноса, доминирование которого в течение ближайших 10 лет приведет к достижению полноценной унии казахской нации, изживанию мультикультуралистских (прежде всего постсоветских и пророссийских) культурных трендов и укоренению общетюркских. А оседающие в Казахстане по пути миграции в Россию и переселяющиеся в страну осознанно тюрки Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана безусловно ассимилируются в качестве законопослушных представителей большой казахской нации, усиливая и укрепляя ее тюркские основы.

Помимо этого, с другой стороны, внутренний геостратегический вектор, направленный на северо-запад, в силу взаимной комплементарности Казахстана и России посредством буферных зон и организаций, будет дополняться и подпитываться достаточно сильным и активным внешним геополитическим трендом, а именно, совместной инициативой родственных тюркских наций, к примеру, Анкары и Баку, не имеющих собственных перспектив месторазвития на север и желающих активизировать инвестиционную политику в Казахстане и ЦА, а посредством этого, стремящихся войти в новый формат месторазвития на территории России на стороне консолидирующихся тюркских этносов. По словам И.Велизаде, «с реализацией транспортно-коммуникационных проектов в странах региона, с повышением их транзитного потенциала, перед бизнесом Турции и Азербайджана откроются широкие возможности в центральной Азии, и наоборот. Баку и Анкара проявляют интерес к строительству современных логистических центров в Казахстане, к участию в реконструкции нефтеперерабатывающих мощностей и к строительству новых. «Отдельно стоит упомянуть сферы дорожного строительства и туристических услуг. И это не полный перечень отраслей, где азербайджанский и турецкий бизнес могли бы работать в Казахстане, Туркменистане или Киргизии», — считает Ильгам Велизаде» .

Кроме того, сотрудничество современных тюркских автономий России (Республики Татарстан -56%, Республики Тыва -77%, Республика Чувашия -70%, Республика Башкортостан – 57%) с Казахстаном будет усиливаться не только в социально-экономическом, но прежде всего в культурном отношении. Что также будет наполнять общетюркское пространство дополнительными связями и содержанием.

Итак, все тюркские дороги ведут в Казахстан, поскольку именно он имеет достаточно большую и мощную перспективу месторазвития на север и запад, именно через Казахстан формируются глобальные тенденции встречи востока и запада, севера и юга тюркской ойкумены. При этом надо понимать, что Казахстан, создающий совместно с Россией общее экономическое пространство в качестве основы будущего общего социального пространства, будет преследовать прежде всего свои национальные цели и вкладывать в интеграционные процессы на этом пространстве свои и только свои национальные смыслы, которые, в свою очередь, будут глубоко и широко коррелировать с формирующимися общетюркскими (этническая, культурная, языковая и общецивилизационная идентичность).

Поэтому, во-первых, Казахстан будет приветствовать такой формат тюркского сотрудничества, который будет признавать центральное геополитическое значение страны для формирования единого экономического и политико-гуманитарного пространства в самом центре континента Евразии. Здесь историческая общность тюркских народов будет выступать в качестве цементирующей основы и, как считает И.Велизаде, не будет противоречить другим региональным форматам, а будет обогащать систему региональных отношений . Просто потому, что Казахстан опять-таки географически выступает центром тюркского мира, поскольку расположен между Турцией и Азербайджаном — с запада, Туркменистаном, Узбекистаном и Кыргызстаном — с юга, с тюркскими этносами России — с севера и востока и тюркскими диаспорами Синьцзяна, которые, конечно, не так велики, но играют важную роль в этногенезе тюркского суперэтноса в современное время в виду их прямого взаимодействия с китайским суперэтносом. Находясь в огромном административном районе КНР, тюркские этносы Синьцзяна с большим вниманием и большой надеждой смотрят на медленно и осторожно возрождающийся тюркский проект, осуществление которого привнесет много положительного в развитие межнациональных отношений в КНР и сыграет свою позитивную роль для отдельных его тюркских этносов, поскольку с консолидированными тюрками, как показывает история, считались все и всегда.

Во-вторых, Казахстан, по мере развития «тюркского проекта», развития и продвижения его смыслового значения во всех тюркских государствах, будет продолжать продвигать и развивать свои интеграционные проекты с Россией, привязывая ее к себе возможностями и логистикой географического, вернее, геополитического центра континента. Поскольку, без обретения функциональной мощи казахская нация не сможет стать наравне с Россией локомотивом «евразийского мира», а возродившись в тюркско-тенгрианском сознании и обличье, казахская нация в составе тюркского суперэтноса будет способна вернуть евразийство как геополитический проект в лоно тюркской цивилизации, сделать его, как это было на протяжении тысячелетий, тюркским феноменом, тюркским проектом.

Чтобы превратить Казахстан из просто географического центра тюркского мира в культурно-цивилизационный центр, необходимо посредством самых передовых моделей и форм модернизма как ориентации культуры обосновать и осуществить развитие казахской нации как нации подлинно тюркской, сохраняющей и преумножающей наследие тюркской культуры и истории. Казахстан также не может самостоятельно надеть на себя мантию геополитического центра, но он может добиться признания всего тюркского мира если казахская культура станет синонимом тюркской культуры, наполнившись ее смыслами, свойствами и качествами, а тюркский мир станет ассоциироваться благодаря росту влияния Казахстана (как это мы видим на примере развития Турции) с казахским миром.

Казахстан был когда то ассимиляционной лабораторией – «лабораторией дружбы народов», но теперь для получения доверия со стороны всего тюркского мира, он должен выполнять эту же роль в отношении всех тюркских культур. Речь не идет о прямолинейном и сугубо предметном понимании этого процесса, об ассимиляции, к примеру, узбеков среди казахов и наоборот, поскольку каждый тюркский этнос может позволить себе заявить то же самое. Речь идет о взаимопроникновении всех тюркских культур и их возможном консолидированном суперэтническом качестве в будущем конфедеративном состоянии тюркских этносов. Достичь этого можно снятием разного рода границ между тюркскими государствами: таможенных, экономических, социальных и культурных. Только тогда взаимное притяжение и взаимообогащение тюркских этносов будет развиваться на общей центростремительной основе. Именно в этом должен себя проявить Казахстан, рассчитывая получить доверие всего тюркского мира.

В этом смысле, именно «тюркский», а не «мусульманский», не «православный» и не «русский» проект предлагается и, скорее всего, будет актуальным и для России в качестве глобального проектного решения, способного укрепить и сохранить Россию в качестве субкультурного и субцивилизационного центра Евразии. Руководству России необходимо будет в полной мере осознать значение такого цивилизационного и субкультурного формата, укрепляющего федеративные основания России и формирующего ее новое, по-настоящему евразийское лицо. Центром тюркского же мира, консолидирующим и контролирующим этот субцивилизационный центр, по всей видимости, могут по очереди выступать столицы всех тюркских государств, входящих в Тюркский Совет, включая столицы и тюркских субъектов Российской Федерации. Ведь будущий Тюркский Союз возможно создать только на принципах инвариантных принципам Европейского Союза, принимающего географические условия безопасности и единство ментального образа за исходные условия интеграции.

(продолжение следует)

 

Гость «УГ» – Учительская газета

“Я не даю интервью”

На торжественное посвящение маэстро Ростроповича в почетные доктора Самарского государственного педагогического университета я опоздала. Все места были заняты, и собратья по перу и телекамере толпились возле сцены, где происходило нечто невиданное. Маэстро обряжали в мантию. Я впервые видела его не на экране. Декларируемый фантастический общественный темперамент Ростроповича на этом празднике в его честь дополнялся его врожденным личностным. Ему, казалось, едва хватает терпения выслушивать дифирамбы в свою честь. Он вскакивал из стоящего на сцене кресла и устремлялся в зал, снова поднимался для рукопожатия или поцелуя. Его мантия мелькала то тут, то там.

На мою удачу, покинул зал губернский депутат, и я заняла его место по соседству с композитором Сергеем Слонимским. После очередного вояжа на сцену неожиданно по другую от меня сторону сел виновник торжества. Между нами произошел такой диалог:

– Мстислав Леопольдович, вы погорячились, сев рядом.

– Я не даю интервью, потому что я ненавижу российские СМИ.

– Но для меня сделаете исключение.

– Это еще почему?

– Потому что, во-первых, меня зовут так же, как вашу жену. Во-вторых, я, как и вы, эмигрантка, правда, из Крыма. А в-третьих, вы тут каламбурите, а я всю сознательную жизнь исследую анекдот.

– Хорошо, – сказал он, с интересом посмотрев на меня, а через минуту выдал очередной каламбур со сцены:

– Этот поцелуй был сухой, зато у вашего губернатора есть заместитель Мокрый. – И показал ради закрепления успеха у умеющих ценить юмор зрителей удостоверение заслуженного алкоголика, где зафиксировано, что таковым он стал с самого рождения. И так маэстро вошел в свою новую роль доктора педагогического университета, что даже принялся дирижировать семью студенческими и детским хорами. Такое с ним, говорят, бывает редко.

Когда хор исполнил в честь высокого гостя “Аллилуйя”, он поднял большой палец и для убедительности потряс им. Особенно маэстро растрогался от игры на баяне лауреата международных конкурсов Сергея Войтенко. И на торжестве, и позже, на банкете, Мстислав Леопольдович не выпускал его из своего поля зрения. И все радовались за Сергея, ведь мало быть талантом в наше время, по-прежнему актуальной остается формула творческого успеха – “Талантам надо помогать, бездарности пробьются сами”.

Откровенно говоря, сам маэстро сбился со счета, перечисляя университеты, коих почетным доктором он стал. Сошлись на том, что Самарский педуниверситет – сорок третий в этом списке, но среди российских – второй после Санкт-Петербургского гуманитарного университета.

– Да и, пожалуй, хватит, – поставил точку маэстро, который, по словам ректора Анатолия Семашкина, вполне может быть занесен в Книгу рекордов Гиннесса по числу докторатов.

На банкете новоиспеченный доктор был неутомим – рассказывал анекдоты, байки из своей жизни, запивая самарскую водку пивом из подаренного ему бочонка. Какое же надо иметь богатырское здоровье, дабы и в этом удовольствии себе не отказать!

Наутро я позвонила ему в гостиницу “Три вяза”.

– Лапочка, – нежно сказал он.

И я поняла, что тут же последует отказ от интервью.

– Я прямо сейчас уезжаю в Оренбург. А вместо интервью я пишу открытое письмо российской прессе.

И чтобы отказ прозвучал более деликатно, он сообщил мне, что интервью хотел дать…вчера. Маэстро может себе позволить такой каприз, такой легкий обман. Обижаться бесполезно. И “лапочке” ничего не оставалось, как найти ответы на интересующие вопросы в его выступлении на торжестве и в кратком с ним общении. А он действительно уехал на пару дней на могилу отца в Оренбург. Когда же я спросила у Сергея Слонимского, есть ли шанс встретить Ростроповича перед спектаклем “Видения Иоанна Грозного”, тот пожал плечами. Надо перехватить во что бы то ни стало. Дирижер приезжает за пять минут до начала оперы, а до этого развозит деньги семьям погибших и пострадавших на пожаре в здании УВД.

– Мстислав Леопольдович, зачем лично вы развозите деньги? У вас ведь есть доверенные лица…

– Зачем! Я вижу, как людям становится легче от того, что именно я приехал.

– Что для вас полученный докторат – очередной акт признания?

– Я – доктор самых крупных университетов мира: Кэмбриджа, Сорбонны, Оксфорда. Но этот докторат я получил в центре России, центре моей любви, поэтому он самый ценный для меня. Спасибо за ту честь, что мне оказали. Планы мои забиты до 2003 года. Одна надежда – на забастовки. Как только будет первая в одном из западных оркестров, сразу приеду в Самару.

– Вы исколесили весь земной шар, куда вам хочется возвращаться? Не становится ли при столь интенсивной кочевой жизни Родина понятием абстрактным?

– Да, я объехал весь земной шар, но счастлив, что я в Самаре, в сердце России. Существуют большие города, но душа всегда находится где-то в центре. А Россия – моя родина. Это она дала миру таких гениев, как Мусоргский, Рахманинов, Чайковский, Шаляпин… Это не абстракция.

– Вы говорите, что в годы изгнания вместе с Галиной Вишневской сделали вдвое больше для России, чем если бы не покидали ее пределов. Это хорошо, что вы не затаили обиду.

– Когда меня выгнали из России, в первый мой день рождения я был очень грустен. Пришли соотечественники, которые тоже были вынуждены покинуть СССР. Это было в Нью-Йорке. У меня есть фотография, где мы запечатлены в танце маленьких лебедей из балета Чайковского. Михаил Барышников танцевал лучше меня. Вы удивлены? Александр Галич – примерно, как я, Иосиф Бродский, царство ему небесное, танцевал, по-моему, хуже меня. Прошло время, когда нас выгоняли. Настало время, когда можно вернуться. Надеюсь, не вернется то время, когда люди искусства были силой отделены от народа.

– Каковы, по-вашему, итоговые достижения музыкальной культуры, если объять ретроспективным взглядом целое столетие?

– В XX веке Россия явила миру трех гениев – это Игорь Стравинский, Сергей Прокофьев и Дмитрий Шостакович. Стравинский навсегда покинул Россию. Я его хорошо знал лично. Однажды, посетив мавзолей Ленина вместе с племянником Арама Хачатуряна Карэном, он вышел мрачный. Карэн, полагая, что посещение произвело на него столь сильное впечатление, спросил его, так ли это. “Отвратительное!” – ответил Стравинский.

Прокофьев вернулся на Родину и однажды, в 1949 году, признался мне: “Слава, у меня нет денег на завтрак”. Я спросил его: “А вы, Сергей Сергеевич, не жалеете, что вернулись?” – “Нет. Творчество человека, творящего на Родине, по-иному оценивается, поскольку оно созидалось в среде народа и для него”. Прокофьев умер после Сталина спустя 40 минут. От одной и той же болезни – кровоизлияния в мозг. 3 дня его тело не могли вынести, поскольку его коммунальная квартира была в проезде Художественного театра, а толпа шла прощаться со Сталиным в Колонный зал Дома союзов. Для композитора не нашлось ни одного живого цветка. В изголовье лежали бумажные цветы. Похоронили его незаметно. Но 5 марта мы вспоминаем о смерти великого композитора и редко кто – о смерти вождя.

Я 17 лет был дирижером главного оркестра Америки. И мне предложили сделать программу, посвященную Прокофьеву. “В честь чего?” – спросил я. – “В честь его столетия”. – “Вы с ума сошли! Я же его знал…” Я не хочу, чтобы в России повторялись те времена, когда у Прокофьева и Шостаковича не было денег на еду.

– У Сергея Довлатова в его “Записных книжках” описывается случай, когда вы, отправляясь в зарубежные гастроли, добились, чтобы и жена поехала с вами. Вам посоветовали пожаловаться на здоровье и попросить, чтобы в связи с этим вас сопровождала жена. Вы написали: “В связи с безупречным здоровьем прошу, чтобы меня сопровождала жена” и добавили: Галина Вишневская. Подействовало. Это свидетельствует о вашем гражданском мужестве и о любви к жене.

– А что вы хотите? Я женился на самой красивой женщине России. С тех пор я считаю себя экспертом по красоте. Могу вас уверить, что, обшарив весь земной шар, я не нашел нигде более красивых женщин, чем в России. Их не существует!

В интервью местному телевидению Галина Павловна поведала, что ее, замужнюю женщину, Ростропович увлек в четыре дня. “Весь включился”, – пошутила она.

– Что бы вы пожелали российскому студенчеству, в частности будущим педагогам, которым жить и работать в XXI веке?

– Я бы так обратился к ним: “В ваших руках, мои любимые, золотые мои, Россия. Я хочу, чтобы вы построили в России новую жизнь. Это не совсем то, что есть сегодня. Но в ваших силах сделать то, чтобы в России была жизнь, достойная вас, ваших талантов. Юные, красивые мои коллеги! Вы должны верить, что вы не просто дети отцов и матерей, не просто студенты педагогического вуза, но в то, что красота спасет мир и именно вы понесете эту красоту. Слова эти в большей степени относятся к России, не столько ко всему миру. Это вы сделаете мир богаче, а не те, кто производит материальные ценности”.

Ростропович в этот приезд в Самару был вездесущ и одновременно почти недосягаем. Он сам выбирал, с кем ему общаться – с милиционерами засиживался за полночь, считал приятным общение с портнихами из фирмы “Ингрид”, которые сшили ему в итоге мантию лучше, чем в Англии.

– Я знавал одну Ингрид. Ей сейчас под девяносто, но такая милая… А ко мне приходили мерить мантию девушки от “Ингрид” совсем другого возраста, так что я им назначал примерки много раз…

Последняя встреча с маэстро состоялась на концерте, посвященном памяти балерины Аллы Шелест. Он со сцены вспоминал о балерине, которая была для него Аллочкой. Слушала я его, наблюдала за деятельностью и начинала понимать простую вещь. Этот человек достиг того внутреннего высвобождения и отрешенности от всевозможных стереотипов и правил, когда свободно, без натуги от творчества переходит к жизнетворчеству. И грань эта такая зыбкая… Может, я ошибаюсь, но больше в жизни человеку и желать-то нечего. Захотел стать защитником российской демократии – тотчас примчался. Устал от премьерной суеты в Самаре – как в тихую гавань, улетел в Париж. Последние дни он все повторял: “Хочу в Париж!” Да это и понятно: где внуки, там и хорошо. Ростропович достиг того положения, когда, как мне кажется, забывается, в какой ипостаси он более принадлежит себе – в творчестве или в жизни.

– Бог дал мне возможность объять мир. И я горжусь не тем, что я был любим своим искусством, а тем, что я русский, я ваш. И когда меня любили короли и президенты, я сознавал, что, значит, они будут любить и Россию. Я доволен своей жизнью.

На прощание маэстро дал мне автограф. Он сделал довольно замысловатый росчерк на фотографии – на собственной розовой лысине. Полюбовался и остался этим очень доволен.

Галина СЮНЬКОВА

Самара

Хохотунья

Черноголовый хохотун (Larus ichthyaetus Pali). Одиночные птицы встречаются на всех крупных озерах региона: Тенизе, Шошкалы, Койбагаре, Тюнтюгуре и др. как весной,так и летом, но гнездование известно лишь в немногих местах. В На-урзумском заповеднике гнездятся в периоды с высоким и средним уровнем воды. В 1960-х начале 70-х гг. колония из 60-70 пар располагалась на острове оз. В 1990-е гг. численность этой колонии колебалась от 90 пар в 1996 г. до 254 в 1992 г. После 1996 г., в связи с обсыханием озер, гнездование здесь прекратилось. В 1999-2000 гг. гнездовая колония в 220-250 пар найдена на оз. Ку-лыколь, около 200 пар были здесь и в 2001 г. Гнездились они в эти годы, вероятно, и на оз. Шошкалы, где постоянно наблюдались кормящиеся птицы. В 1997 г. С.Н. Ерохов нашел колонию хохотунов из 300 пар на оз. Новое Сливное.[ …]

Черноголовый хохотун Larus ichthyaetus.[ …]

Гнездовые колонии черноголовых хохотунов, серебристых, сизых и озерных чаек (Larus ichthyaetus, L. argentatus, L. canus, L. ridi-bundus). Из крачек многочисленны чайконосая и белокрылая (Gelochelidon nilotica, Chlidonias leu-сор tera), обычны — речная и черная (Sterna hirundo, Chlidonias niger). В 2000 г. колония чайконосых и речных крачек состояла из 300-400 пар, в высокой части острова гнездилось 220-250 пар черноголовых хохотунов и до 100 пар серебристых чаек.[ …]

Голос выше и пронзительнее, чем у восточной клуши и хохотуньи.[ …]

Очень похожа на восточную клушу и особенно на хохотунью. У взрослых птиц наиболее важное отличие —- телесно-розовый цвет ног (не путать с полувзрослыми хохотуньями — см. выше). В осеннем наряде на голове и шее (иногда и на верхе груди) темные пестрины. Чередование нарядов и размеры в общем как у восточной клуши и хохотуньи.[ …]

Осенью на голове также много черно-бурых перьев, что отличает хохотуна от других крупных чаек. Кроме того, сохраняется характерная окраска мантии и концов крыльев; примечательна окраска клюва — основание его желтое, остальное красное, с черным кольцом у вершины. Ноги желтые или зеленовато-желтые. Глаза бурые.[ …]

В конце лета и осенью стаи широко кочуют по озерам, рекам и просто по открытым местам. Районы зимовки наших хохотуний находятся на Черном и Каспийском морях и на более мелких водоемах Европы, Ц. Азии и, видимо, южнее. До половозрелости ведут кочевой образ жизни, многие появляются и в гнездовых районах. Начинают гнездиться чаще всего с 5—6-летнего возраста, самое раннее — в неполных 3 года. Взрослые птицы возвращаются на гнездование на прошлогодние места. Многие молодые прилетают гнездиться на колонию, где они родились.[ …]

Размером с ворону. У взрослых птиц оперение чисто-белое, кроме светло-сизой мантии и черных, с белыми пятнами, концов крыльев. От восточной клуши и хохотуньи, с которыми сизую чайку легко спутать, несмотря на разницу в размерах, наиболее надежно отличается более тонким клювом полностью желтого цвета, без красного пятна на подклювье. При навыке можно отличать по более легкому телосложению. Ноги желтые, с зеленоватым оттенком. Глаза бурые, окологлаз-ное кольцо оранжево-красное. В осеннем оперении окраска та же, но с буроватыми пятнами на голове, наиболее выраженными на зашейке, клюв и ноги становятся более зеленоватыми.[ …]

Крупная чайка, гораздо крупнее вороны. Голова и туловище белые, мантия от шиферно-серой до темно-серой. Концы крыльев черные, с белыми пятнами. Ноги желтые (не у всех!). От хохотуньи отличается более темной мантией, серебристо-серыми глазами и красным кожистым кольцом вокруг глаза. Большое белое пятно есть только у вершины первого (внешнего, самого длинного) первостепенного махового пера, на других первостепенных маховых белые пятна небольшие (на концах), они могут к лету совсем снашиваться. Самое надежное отличие от сизой чайки — красный предвершинный бугорок снизу на желтом клюве; кроме того, более крупные размеры, более темная мантия, иной рисунок конца крыла, массивное телосложение и тяжелый полет. Отличие от бургомистра — темная мантия, черные концы крыльев. Осенью окраска взрослых не меняется, только есть небольшие бурые пестрины на голове и шее, кожистое кольцо вокруг глаза несколько буреет.[ …]

С 1996 г. значение Наурзумских озер и оз. Сарыкопа стало падать. Здесь продолжали гнездиться большая белая цапля, бакланы, черноголовые хохотуны. Возможно, именно с обсыханием Наурзумских озер и Сары-копы связано массовое гнездование розовых пеликанов в системе Шошкалов. В таблице 1 представлены данные учетов, проведенных 1-10 июня 2000 г. на основных озерах региона. Уровень их наполнения существенно различался.[ …]

Последний период обводнения региона, начиная с 1981 г., характеризовался не только быстрым нарастанием численности водоплавающих птиц, но и массовой инвазией южных видов по всему региону. В этот период отмечалось гнездование колпиц, малых и чайконосых крачек, черноголовых хохотунов, залеты караваек. Численность большой белой цапли в конце 1980-х- начале 90-х годов на Наурзумских озерах достигала 570 особей. В оптимальные по обводнению годы здесь гнездилось от 2,5 до 5,0 тыс. пар водоплавающих птиц, в том числе серый гусь- 100-320,лебедь-шипун — 25-40,утки (в основном красноголовый нырок, серая, кряква, шилохвость, чирок-трескунок, широконоска) -0,8-1,2 тыс., лысуха — 0,7-2,8 тыс. Значительной была концентрация пластинчатоклювых на линьке. В 1988-93 гг. здесь учитывали около 6-8 тысяч серых гусей, до 20 тыс. уток (красноголовый нырок, кряква, шилохвость, свиязь), 4-4,5 тыс. лысух, впервые наблюдалась массовая линька лебедей — до 1 500 шипунов, а в 1993 г. более 600 лебедей кликунов. Во время осенних миграций через Наурзум пролетало не менее 250-300 тысяч гусей. К концу 1980-х гг. массовым пролетным видом вновь стала краснозобая казарка.[ …]

Гнездовые биотопы лысух и уток более недоступны как для бродячих собак и кошек, так и для людей, чего не скажешь об условиях гнездования чайковых и куликов, поселяющихся на открытых береговых участках. Гибель кладок и маленьких птенцов у птиц этой группы достигает ежегодно 80 %. Гнезда хохотуньи как конкурента для охотников и рыбаков в охотничьих угодьях уничтожаются специально.[ …]

От Белого моря до Чукотки. Западнее и восточнее обитают родственные виды, считавшиеся раньше подвидами серебристой чайки. На юг в Предуралье — немного южнее полярного круга, в 3. Сибири —до Средней Оби, на север — до океана. Очень обычная, местами многочисленная птица. Есть сообщения о гнездовании единичных пар в ареале хохотуньи.[ …]

Водно-болотные угодья занимают в заповеднике, в зависимости от состояния обводненности, от 33 до 42% территории. Выделяются следующие типы местообитаний: пресные и солоноватые озера с обширными тростниковыми зарослями и обильной погруженной растительностью — 20-21 тыс. га (отмечен 61 вид, гнездится 43), соры и соленые озера — около 9 тыс. га (розовый пеликан, пеганка, огарь, морской зуек, ходулочник, шилоклювка, черноголовый хохотун, серебристая и сизая чайки, чайконосая крачка), открытые берега озер (47 видов, гнездится 8-9), лиманы (мелководья поросшие осокой и пыреем) и заливные луга — 7-8 тыс га.[ …]

Образ жизни. В наши степи прилетают обычно в апреле. Гнездованию предшествуют широкие кочевки одиночек и небольших групп. Постепенно птицы концентрируются на местах старых колоний или формируют новые. Колонии почти всегда размещаются на островах среди озер, очень плотные, между соседними гнездами ок. одного метра или даже менее. Почти всегда гнездятся рядом с чайками других видов. Изредка бывает гнездование одиночных пар хохотунов в колониях других чаек. Гнездо строят из водорослей и травы, в диаметре до полуметра, но нередко бывают и примитивные гнезда в виде ямки в грунте. В полной кладке 1—3, чаще всего — 3 яйца. Их окраска кремовая, палевая или коричневая, реже — серо-оливковая, пятна темно-бурые или более светлые, разнообразной формы, чаще всего некрупные и негустые. Размеры яиц — 70—91 х 48—59 мм. Длительность инкубации одного яйца — 25—29 дней. Защита гнезда выражена слабее, чем у других чаек. Лишь некоторые птицы пикируют на человека. Механизм защиты от пернатых хищников — плотная форма поселения, с массой сидящих друг подле друга на гнездах птиц. Маленькие птенцы — в серебристо-белом пуху, без пятен, примерно в недельном возрасте меняют белый пуховой наряд на дымчато-серый. На второй день жизни они покидают гнездо и бродят по колонии. Подрастая, собираются в «стадо». Взрослые находят и кормят именно своих птенцов. Молодые начинают летать через 1,5 месяца после вылупления.[ …]

Роль района как местообитания редких видов. В Наурзумском заповеднике зарегистрировано 33 вида птиц, занесенных в Национальную Красную книгу, что составляет 57,1% от их общего числа. На этой территории гнездятся также такие исчезающие виды (но не внесенные в Красную книгу Казахстана), как степная пустельга и степной лунь, последний здесь достаточно обычен. Всего в Международной Красной книге находится 19 видов из орнитофауны Наурзума.[ …]

Вместе с тем многие северные виды встречаются не только во время пролета, но и летом в период линьки, а некоторые — гоголь, чернозобая гагара, лебедь-кликун — и гнездятся.[ …]

Редкие и исчезающие виды. Роль угодья как места гнездования для этой группы птиц невелика, здесь гнездится не более 4 видов: лебедь-кликун, савка, серый журавль (Grus grus) и, возможно, белоглазый нырок (Aythya пугоса). В течение всего лета держатся группы бродячих кудрявых и иногда розовых пеликанов, стайки лебедей-кликунов. В окрестностях озер отмечаются и, возможно, гнездятся журавли-красавки и кречетки. Особенно важное значение для редких видов эти озера имеют в период миграций: число останавливающихся здесь краснозобых казарок достигает 50000, пискулек — 4000, тысячи лебедей-клику-нов и сотни малых лебедей. В этот период обычны пролетные орланы-белохвосты. Кудрявый пеликан, краснозобая казарка, пискулька, белоглазый нырок, савка и кречетка относятся к категории видов, находящихся под угрозой уничтожения.[ …]

Краткая характеристика угодья. Пресное тростниковое озеро (при маловодье система солоноватых озер), с непостоянным гидрологическим режимом, расположено в подзоне опустыненных степей. Представляет собой сложную систему мелководных плесов, соединенных протоками с разнообразной надводной и погруженной растительностью. Место высокого видового разнообразия и численности водоплавающих и водноболотных птиц на гнездовании, линьке и пролете.[ …]

Наблюдается мощный процесс урбанизации коршуна. Раньше эти хищники использовали город лишь как кормовую территорию. В последние годы они стали здесь гнездиться. Так, регулярно происходит гнездование коршуна в парке Юбилейном. На окраинах города, особенно в древесных насаждениях склона долины Оби, местами плотность этого вида очень высока и продолжает расти. Расстояние между некоторыми парами гнезд не более 50 м. Такое плотное гнездование, вероятно, возможно из-за того, что кормятся эти птицы в значительной мере на свалке неподалеку. По-видимому, в процесс урбанизации вовлекаются и крупные чайки — хохотунья и сизая, гнездящиеся в пойме на очистных сооружениях окраины города. Кормиться они летают на свалку.[ …]

Краткая характеристика угодья. Наурзумский заповедник, расположенный на границе умеренно сухих и сухих степей, представляет собой уникальный природный комплекс. На этой территории широко представлены различные типы степей, сосновые и мелколиственные леса, системы пресных и соленых озер и степных рек-карасу. Для озер этого района, как и в целом аридных территорий, характерен циклический гидрологический режим, периоды наполнения и усыхания повторяются каждые 12-15 лет. В годы наполнения Наурзумские озера являются районом массового гнездования и линьки водоплавающих и водно-болотных птиц: пластинчатоклювых, пастушковых, поганок, чайковых, веслоногих, голенастых и куликов. Здесь гнездятся такие редкие виды, как розовый и кудрявый пеликаны, лебедь-кликун, савка, черноголовый хохотун, кречетка. Территория поддерживает устойчивое существование крупнейших в Казахстане гнездовых группировок орлана-белохвоста, орла-могильника, а также беркута и балобана.[ …]

Байкал

Вопросы и ответы
Общие цифры
Какова площадь водного зеркала Байкала?

31.5 тыс. кв. километров — это равно примерно площади таких стран, как Бельгия, Нидерланды или Дания. По площади водного зеркала Байкал занимает восьмое место среди крупнейших озер мира.

Сколько воды в Байкале?

Общий объем вод на планете около 1406 млн куб. км. Из них в озерах и реках 0.231 млн куб. км. Объем байкальской воды около 23 тыс. куб. км. Это больше, чем объем воды, содержащейся во всех вместе взятых пяти Великих озерах Северной Америки (Верхнее, Мичиган, Гурон, Эри, Онтарио), в Балтийском море, в 23 раза больше, чем в Ладожском озере. В Байкале содержится около 1/5 мировых запасов поверхностных вод Земли (исключая льды Антарктиды, Гренландии, других ледников), и более 4/5 пресных вод России.

Что писали о Байкале в старые времена?

Аввакум переплыл озеро в конце июля 1662 г., возвращаясь из ссылки в Даурии. В своей книге «Житие протопопа Аввакума» он писал: «Лодку починя и паруса скропав, через море пошли. Погода окинула море, и мы гребмя перегребались: не больно в том месте широко, — или со сто, или осьмдесят верст. Егда к берегу пристали, восстала буря ветренная, и на берегу насилу место обрели от волн. Около ево горы высокие, утесы каменные и зело высоки, — двадцеть тысящ верст и больши волочился, а не видал таких нигде. Наверху их полатки и повалуши, врата и столпы, ограда каменная и дворы, — все богоделанно. Лук на них растет и чеснок, — больши романовского луковицы и слаток зело. Там же растут и конопли богорасленныя, а во дворах травы красныя и цветны и благовонны гораздо. Птиц зело много, гусей и лебедей, — по морю яко снег, плавают. Рыба в нем — осетры и таймени, стерледи и омули и сиги и прочих родов много. Вода пресная, а нерпы и зайцы велики в нем: во океане-море большом, живучи на Мезени, таких не видал. А рыбы зело густо в нем…»

Еще более образно описывает природу Байкала Н.Г. Милеску Спафарий: «Байкальское море неведомое есть ни у старых, ни у нынешних земноописателей, потому что иные мелкие озера и болота описуют, а про Байкал, который большая велика пучина есть, никакого упоминания нет…» И еще: «Байкал может называться морем потому…, что объезжать его кругом нельзя…, что величина его в длину и ширину и в глубину велика есть. А озером может называтьс оттого, что в нем вода пресная, а не соленая, и землеописатели те озера, хотя и великие, но в которых вода несоленая, не называют морем…» О размерах Байкала он пишет: «…длина его парусом бежать большим судном дней до десяти, и по двенадцати, и больше, какое погодье, а ширина его — где шире, а где уже, меньше суток не перебегают. Глубина его великая, потому что многажды меряли сажен по сто и больше, а дна не сыщут, а то чинится от того, что кругом Байкала везде лежат горы превысокие, на которых и летней порой снег не тает. А в середине Байкальского (озера) есть остров великий, который именуется Олхон. Тот остров стоит посреди в длину озера, кругом имеет больше ста верст… И опричь того острова есть иные острова небольшие, однако же немного. А погодье по Байкалу, что в чаще, окружен каменными горами, будто стенами, и нигде не отдыхает и не течет, опричь того, что от него течет Ангара река. В Байкал впадают большие реки, мелкие и иные многие, а по краю, на берегу, возде камень и пристанища немного, наипаче на левой стороне, едучи от реки Ангары, и оттого разбивают суда часто. А рыбы на Байкале всякой много, и осетры, и сиги и иные всякие, и зверя нерпа в нем есть много. Только жилья немного около Байкала, опричь немногих тунгусов, которые питаются рыбой, потому что близ Байкала пашенных мест нет, и живут по рекам в зимовьях промышленные люди зимою. А лес около Байкала есть, кедровник большой, и на нем орехов много, и иной лес есть. А вода в нем зело чистая, что дно виднеется многие сажени в воде, и к питию зело здрава, потому что вода пресна.»

Когда начались исследования Байкала?

Исследования Байкала и сведения о его фауне были собраны в первой половине XVIII в. экспедициями Академии наук, изучавшими Сибирь и Дальний Восток. Академик И.Г. Гмелин, входивший в состав Академического отряда Великой северной экспедиции 1733-1743 гг., описал тюленя; в 1772-1773 гг. академик П.С. Паллас дал научное описание байкальской губки, голомянки, 13 других видов рыб и 3 видов рачков-бокоплавов; академик И.Г. Георги более подробно описал байкальского тюленя и его промысел, изучал омуля и первым высказал идею о тектоническом происхождении озера. В 1795 г. геодезисты П. Скобельцин, И. Свистунов, Д. Баскаков и В. Щетилов произвели инструментальную съемку на Байкале. В последующем, в первой половине XIX в., съемка производилась дважды — Лосевым и его сподвижниками в 1806 г. и полковником Ахте в 1850.

В основу научного описания и картографирования легли исследования военных гидрографов Ф.И.Соймонова, А.Пушкарева, Ф.К.Дриженко. Созданные ими карты, атласы, Лоция озера Байкал не утратили своей ценности и поныне.

Последняя лоция Байкала составлена в 1979-1993.

Что означает слово Байкал?

Байкал — слово тюркоязычное от Бай-Куль, что значит богатое озеро (аналогично Иссык-Куль — теплое озеро, Кара-Куль — черное озеро). Некоторые авторы полагают, что это слово происходит от монгольского Байгал (богатый огонь) или Байгал Далай — большое море.

Когда Байкал назван Байкалом?

Достоверных сведений об этом пока нет. Вероятно, название появилось со времени поселения в его окрестностях тюркоязычных племен. Народы, населявшие прилежащие к Байкалу территории, вели кочевой образ жизни, и либо не имели письменности и письменных источников не оставили, либо их наскальные рунические надписи остаются пока непрочитанными. Упоминание в записках русского посла в Китае Никиты Яковлевича (Иоакинфа) Бичурина о том, что название Байкал встречается в одной из доисторических китайских летописей II века до н.э., надо полагать, — не самое раннее. Оно найдено в записке китайского министра династии Суй Гао Фаня о тюрках, живших в то же время в Прибайкалье: «Со времени Сюань-Юань Хунь-юни много причиняли беспокойства нашим границам. Ныне они до самого Северного моря все сделались нашими вассалами». Под Северным морем (Бай-Хэй), как полагают некоторые историки, китайские источники имеют в виду Байкал. Но ведь территория Китая омывается Южным морем, почему же ему противопоставляется Байкал, а не Северное море (Ледовитый океан)?

Археологические раскопки позволили установить, что в позднем неолите, а вероятно, и в бронзовом веке в Прибайкалье жили тюркоязычные народы — курыкане. Они владели рунической письменностью тюрков и енисейских кыргызов. Возможно, они первыми дали озеру название Байкал.

Обитавшие в Прибайкалье эвенки дали название многим рекам, впадающим в Байкал, но слова Байкал в их языке нет, оно для них чужеродное. Словосочетание Байкал и Нуур свидетельствует о том, что Байкал уже имел свое имя, когда о нем узнали буряты, т.к. в самом словосочетании уже содержится сведение, что это озеро и, следовательно, название пришло к ним из какого-то другого языка.

Когда Байкал впервые изображен на карте?

В «Чертеже Земли Сибирской», составленном в 1667 году, по распоряжению тобольского воеводы П. Годунова. Схематично Байкал изображен также в рукописной «Чертежной книге Сибири» (1699-1701) русского картографа, географа и историка Сибири С.У. Ремезова. Атлас Ремезова сохранил рукописные труды многих безвестных сибирских землепроходцев, которые своим опытом и знанием местности внесли большой вклад в развитие русской картографии. Первую относительно достоверную карту Байкала подготовил в 1773 г. штурман Алексей Пушкарев в масштабе 10 верст в дюйме (приблизительно 1:420000)

Какова средняя и наибольшая глубина Байкала?

Байкал — самое глубокое озеро в мире. Его средняя глубина около 730 м. Впервые достаточно точно она вычислена Г.Ю. Верещагиным в 30-х гг. нашего века. Наибольшая известная глубина Байкала (и озер мира) — 1637 м.

Какой залив на Байкале самый глубокий?

Баргузинский — его максимальная глубина 1284 м. За ним следует бухта Лиственичная — около 1000 м.

Где проходит береговая линия Байкала?

456 м над уровнем океана. Береговая линия — это граница между поверхностью суши и водной поверхностью. На карте она условно проводится по линии среднего уровня малой воды. Реальная граница суши и озера — линия уреза — находится в непрерывном изменении из-за колебаний воды.

Как изменился уровень Байкала после строительства плотины Иркутской ГЭС?

Поднялся на 1 метр. Площадь акватории озера увеличилась на 500 кв км. Это привело к серьезным экологическим проблемам.

Чем Байкал похож на океан?

Байкал имеет многие черты, присущие океану, — абиссальные глубины, громадную массу воды, внутренние волны и сейши, приливы, сильные штормы, высокие волны, расширение котловины за счет раздвижки берегов, аналогичное расхождению континентов Африки и Южной Америки, большие величины магнитных аномалий.

Что такое сор и сколько их на Байкале?

На Байкале сорами называют закрытые, мелководные, обычно хорошо прогреваемые заливы. Самая большая глубина в сорах не превышает 7 м. В отличие от соров в пустынных и полупустынных районах байкальские соры никогда не пересыхают, и солончаки на их месте никогда не возникают.

Как произошли Посольский сор и залив Провал?

Посольский сор появился после прошедшего здесь в сравнительно недавнем прошлом (в пределах одного-двух тысячелетий) погружении под воду участка суши площадью 35-40 тыс. кв км. Аналогично образовался и залив Провал. В 1862 г. при землетрясении около 10-10.5 баллов опустился блок земной коры.

Сколько притоков у Байкала?

336 рек и ручьев (постоянных водотоков).

Какой самый большой приток Байкала?

Река Селенга — ее длина от истока 1024 км, площадь водосборного бассейна около 465 тыс. кв км. Она приносит примерно около половины объема речных вод, поступающих в озеро из всех притоков.

Откуда произошло название Ушканьих островов?

Предполагают, что когда-то на Ушканьих островах водились зайцы, которых в Сибири называют ушканами. Однако более вероятно, что это название пришло от самых богатых по численности лежбищ нерпы, которую охотники также называют ушканом.

Что такое Бурхан?

Мыс на острове Ольхон (его также называют Шаманским). У аборигенов Бурханом называют главное божество Байкала. А мыс Бурхан, со сквозной пещерой и языческим капищем, считается его обиталищем.

Каково происхождение впадины Байкала?

Впадина Байкала — центральное, крупнейшее и древнейшее звено Байкальской рифтовой зоны, возникшей и развивающейся одновременно с мировой рифтовой системой. «Корни» впадины, рассекая всю земную кору, уходят в верхнюю мантию, т.е. на глубину 50-60 км. Под впадиной Байкала, по-видимому, под всей рифтовой зоной происходит аномальный разогрев недр, причина которого пока не ясна.

Легкое разогретое вещество, всплывая, приподняло над собой земную кору, местами взломав ее на всю толщу и образовав основу современных хребтов, окружающих Байкал. Разогретое вещество растекалось под корой в стороны, что создало горизонтальные силы растяжения. Растяжение коры вызвало раскрытие древних и образование новых разломов, опускание по ним отдельных блоков и оформление межгорных впадин — рифтовых долин — во главе с гигантской впадиной Байкала.

Каков возраст Байкала?

20-25 млн лет. Однако, современные очертания Байкал приобрел сравнительно недавно — быть может, несколько миллионов лет назад.

Является ли Байкал зарождающимся океаном?

Да — по мнению некоторых геофизиков, ибо наряду с активными движениями земной коры в его районе отмечены значительные магнитные аномалии вдоль его оси. Эти аномалии по масштабам сравнимы с аномалиями срединно-атлантического разлома.

Бывают ли землетрясения на Байкале?

Довольно часто — до 2000 в год. Они в основном слабые и фиксируютс только сейсмографами. Примерно один раз в 10-12 лет бывают землетрясени в 5-6 баллов, а один раз в 20-23 года более сильные и разрушительные — 7-9 баллов и выше. В 1862 и 1959 гг. наблюдались катастрофические землетрясени в средней котловине озера. В 1959 году при землетрясении 9.5 балла дно Байкала опустилось на 15-20 м, а в 1862 г. при 10-10.5 бальном землетрясении в северной части дельты Селенги ушел под воду участок суши 200 кв. км.

Почему не укладывают подводные кабели по дну Байкала?

Попытки проложить кабель были, но заканчивались неудачей. До сих пор не найдено инженерного решения защиты кабеля от повреждений подводными оползнями, а также в прибрежных областях.

Был ли Байкал в ледниковый период постоянно покрыт льдом?

Постоянного ледяного покрова даже в период максимального развития ледников на Байкале не было. В летнее время Байкал был свободен ото льда, сохранялись, быть может, лишь отдельные айсберги, оторвавшиеся от ледниковых языков. Судя по мощности конечных морен, толщина подвижных ледников, опускавшихс к Байкалу, достигала 80-100 м и более.

Почему многие берега на Байкале отвесны?

Они имеются там, где произошли тектонические разломы и опускания отдельных участков — крылья сброса, зеркала скольжения. Кроме того, волны на Байкале перемещают вдоль берега большое количество гальки, которая многократно ударяет в подмножие склона. Байкальские утесы всегда имеют свежий излом, как будто обрушение скалы произошло совсем недавно. Бетонные береговые укрепления на Байкале недолговечны.

Где находятся самые крутые подводные склоны на Байкале?

40-50 градусов — в районе мыса Колокольного. Средние уклоны на участке между заливами Култук и Лиственичным составляют 30-40 градусов.

Есть ли на Байкале рифы?

На многих участках побережья — в районах губ Сосновки, Лаканды, Кедровых мысов, у мыса Покойники.

Где находятся самые большие глубины в Байкале?

У восточного берега острова Ольхон, на участке прибрежья между мысами Ижимей и Хара-Хушун, в 8-12 км к востоку от берега — глубина 1637 м. В южной котловине Байкала самая большая глубина 1432 м находится между устьями рек Переемной и Мишиха. В северной котловине самая большая глубина 890 м зафиксирована на участке прибрежья между мысами Елохин и Покойники.

Какова самая малая глубина в открытом Байкале?

Над Посольской банкой, находящейся почти на середине Байкала — 32 м.

Есть ли на Байкале подводные хребты?

Наиболее выразителен академический хребет, протянувшийся от острова Ольхон к Ушканьим островам. Его протяженность — около 100 км, максимальна высота над дном Байкала — около 1848 м.

Кто осуществляет контроль за состоянием экосистемы Байкала?

Воздействие загрязнения на Байкал обязаны определять органы по охране природы и организации Министерства здравоохранения. Но эта государственная система контроля не решает всех задач. Поэтому большую роль играют научно-исследовательские организации, обладающие и хорошими специалистами и высококлассным оборудованием. Например, научно-исследовательский институт биологии при Иркутском государственном университете уже 50 лет проводит ежедекадные наблюдения на байкальской биологической станции в пос. Большие Коты над всеми компонентами биоты Байкала, а на ангарской биостанции — ангарских водохранилищ.

Каковы результаты экологического мониторинга за воздействием Байкальского целлюлозно-бумажного комбината на экосистему Байкала?

Мониторинг проводится Научно-исследовательским институтом биологии при Иркутском государственном университете. Наблюдения в районе предполагаемого сброса сточных вод начал еще в 1961 г. М.М.Кожов. Установлено, что в районе сброса промышленных очищенных сточных вод, а также хозяйственно-бытовых сточных вод на дне озера образовалось мертвое пятно, где обитают только бактерии. За пределами мертвого пятна образовалась зона, где произошла коренная перестройка сообществ. Площадь зоны — более 30 кв. км.

 

Мантия возвышения кочевника | GW2Spidy

Список покупок
# Ингредиент Шт. всего
стоимость изготовления: 6 г 97 с 16 с  
Стоимость кармы:
Прибыль
стоимость изготовления: 6 г 97 с 16 с  
цена продажи: 0 в  
листинговый сбор: 0 с  
комиссия за транзакцию: 0 с  
прибыль: — 6 г 97 с 16 с  
Как это работает?

Выберите, какие части рецепта вы хотите купить и какие вы хотите создать, мы отметили лучшие варианты для вас по умолчанию 😉
Полученный список покупок и стоимость / прибыль отображаются в сводке!

— Цена покупки является самой низкой для ордера на продажу (нажатие кнопки «Купить сейчас» в игре).
— Цены продажи являются самым низким ордером на продажу (создание списка, соответствующего самому низкому продавцу).

Легенда
КУПИТЬ КРАФТ Выгоднее покупать у ТП, конечно еще можно выбрать крафт!
КУПИТЬ КРАФТ Более выгодный в изготовлении, вы все еще можете купить его, конечно!
НЕ ПРОДАНО ПОДЕЛКА У нас нет цены продажи этого предмета, поэтому вам остается только создать его
КУПИТЬ НЕ СДЕЛАННЫЙ У нас нет рецепта для этого предмета, поэтому вам остается только купить его
ПОСТАВЩИК КАРМЫ Этот предмет является персональным, и его можно получить, купив его у торговца кармой.
НЕ СДЕЛАНО, НЕ ПРОДАНО У нас нет ни рецепта, ни цены продажи этого предмета!
Скорее всего, это рецепт мистической кузницы, а результат индивидуален!

Гольф-клуб Nomads | Партнерство и регистрация!

Кочевники — группа успешных афроамериканцев, влюбленных в игру в гольф.

Кочевников получают вознаграждение!

OnCore Golf гордится партнерством с Nomads. Мы надеемся, что вы присоединитесь к нам и зарегистрируетесь, используя форму ниже

Мы сделали это просто и легко ПРИСОЕДИНИТЬСЯ:

Перед покупкой зарегистрируйтесь ниже, и вы получите индивидуальное электронное письмо со всеми данными партнеров для сбережений и рекламных акций!

БЫСТРЫЙ И МЯГКИЙ

АВАНТ 55

AVANT 55 — наш отмеченный наградами сверхмягкий мяч для гольфа с низкой компрессией (55) для игры на дальние дистанции. Благодаря низкой скорости вращения от водителя для дальних и точных ударов с ти и мягкому покрытию.Конструкция из двух частей позволяет выполнять высокие клиновые удары с очень мягким ощущением на грине и вне поверхности клюшки. Доступен в белом, желтом или матово-зеленом цвете лайма.

НАСТОЯЩИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

ВЕРО Х1

VERO X1 отличается беспрецедентной точностью при подсчете очков с фервея, а не с рафа. Это результат большого ядра и уникального состава, а также плотной металлической мантии, что приводит к усилению веса по периметру.Результатом является увеличенный момент инерции (MOI) мяча, который уменьшает боковое вращение и обеспечивает низкое вращение от водителя, чтобы обеспечить большую дистанцию ​​​​с точностью.

ИДЕАЛЬНОЕ ЧУВСТВО

ЭЛИКСР

ELIXR дважды становился золотым победителем нашего горячего списка Golf Digest. Этот туристический мяч создан специально для игроков в гольф, которые готовы вывести свою игру на новый уровень. Мы объединили сердечник из полибутадиенового каучука, иономерную оболочку с металлическим наполнением и литой уретановый чехол, чтобы создать один из самых исключительных туровых мячей на рынке.Наша тройка передовых материалов обеспечивает невероятную дистанцию, вращение, контроль и ощущение вне клуба. Доступен в белом, желтом или салатовом матовом цвете.

Nomad Members – зарегистрируйтесь сегодня и получите ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ АКЦИИ

Ждите приветственное письмо после регистрации со всеми подробностями!


ВИДЕО: КОчевники

 

 

Резюме исследований за ноябрь.8: Статья факультета психологии о влиянии изменения климата на кочевое скотоводство и исследования магматического хранилища горы Бейкер | Western Today

Преподаватели и студенты Western занимаются интересными исследованиями и научными исследованиями в различных областях. Каждую неделю Western Today будет публиковать краткие сводки о последних событиях в научной работе в университете. Хотите читать подробные истории о науке и исследованиях в Western? Перейдите в Gaia, университетский онлайн-журнал исследований, открытий и стипендий, и подпишитесь (это бесплатно) на этот сайт, нажав кнопку «Подписаться».Хотите больше новостей об исследованиях? Подпишитесь на @WWUResearch в Твиттере.

Дэвид Сэттлер и Джим Грэм

Статья, опубликованная в Журнале психологии окружающей среды западными профессорами психологии Дэвидом Сэттлером и Джимом Грэмом, а также преподавателем Национального университета Монголии Болдсуреном Бишхорлоо, была выбрана журналом Nature Climate Change в качестве основного исследования.

В статье под названием «Изменение климата угрожает кочевому скотоводству в Монголии: модель восприятия риска изменения климата и поведенческой адаптации» обсуждаются трудности, создаваемые изменением климата, такие как деградация пастбищ и увеличение частоты экстремальных погодных явлений, а также таким образом, что потеря ресурсов, ценности, знания и стресс связаны с восприятием риска.

Исследования по проекту проводились в отдаленных районах пустыни Гоби и горных районах Западной Монголии.

Брендан Гарви

Брендан Гарви — аспирант второго курса геологического факультета. Он специализируется на системе хранения магмы на горе Бейкер на уровне земной коры. В частности, он анализирует химический состав минералов в самом молодом потоке лавы. Гарви является лауреатом премии WWU Graduate Research Award за свою диссертацию «Недавний снимок горы.Система хранения магмы Бейкера в масштабе земной коры».

Под руководством своих советников, профессора геологии Сьюзен ДеБари и доцента геологии Кристины Валовски, Гарви хочет заполнить пробел в исследованиях. Он говорит, что исследователям известен большой объем информации о магме глубоко под землей на уровне мантии, но меньше известно о системах хранения в земной коре. Описание этой коровой магматической архитектуры может помочь исследователям предсказать, как и когда извергаются дуговые вулканы, такие как гора Бейкер.Гарви уже собрал образцы молодого потока лавы в Серном ручье и начал анализ их химического состава, ища отдельные популяции кристаллов в образцах.

Гарви учился в Университете Нью-Гэмпшира в качестве бакалавра и был привлечен в аспирантуру Вестерн из-за масштаба программы и интересов преподавателей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.